С Димой мы расстались. Потому что неожиданно для меня, а может, и для него самого оказалось, что он не только не планировал на мне жениться, но и в целом наши отношения не были вписаны в его представления о будущем. Пять лет моей жизни оказались пустыми мечтами о том, как все могло бы быть. Хотя, надо признать, это были хорошие пять лет. Но вот что без него делать с остальной (сколько бы ее еще ни осталось) жизнью? Не спрашивайте, я пока не в курсе.
Мой бизнес-партнер, с которым у нас был совместный проект, взял и отказался выходить на международный рынок, сказав, что для него это слишком большая ответственность («лишний геморрой», если цитировать) и ему вполне комфортно оставаться только в России. Еще минус три года, на протяжении которых я считала, что двигаюсь к большой, очень интересной и амбициозной задаче, которая должна была не только вывести меня на новый профессиональный уровень, но и принести кратное увеличение прибыли, а значит, поднять мое благосостояние на новую ступень. Но, опять же, это были хорошие три года. Я работала над тем, что было мне действительно важно и интересно, с офигенными людьми, еще и получала приличное вознаграждение за свои труды. Грех жаловаться. Но только вот а дальше-то что? Снова начинать с нуля? Одной? И никакой тебе «финансовой свободы до сорока».
Вот так все и выяснилось.
Выяснилось. Такие забавные эти безличные формы глаголов. Ведь не то чтобы оно «выяснилось» само собой. По правде говоря, это я, я сама выяснила. Стоило только более жестко и точно сформулировать свои желания. Стоило только спросить.
Если вы (ну а вдруг) хотите почерпнуть что-то полезное из моего рассказа, если я сама и хочу, чтобы тут явно прозвучала какая-то мысль, то вот она. Спрашивайте чаще. Можете узнать много интересного.
Хотя… В фантазиях жить иногда, честно говоря, куда приятнее. Правда, возникает вопрос: получится ли так и пребывать в них мирно до самой смерти, успешно избежав разочарований? Или реальность все равно всплывет, проникнет, подкрадется, проявит себя, и придется лететь с небес на землю, разбившись в итоге о ее неотвратимую жестокость? Как показывают мои наблюдения, никакого точного ответа, четко работающего алгоритма нет. Тут уж кому как повезет.
Мне не повезло. Уже больше года мне приходится иметь дело с действительностью, в которой я не готова была оказаться. За это время я, еще в Москве, переехала на другую квартиру, порвала все контакты с Димой и продала свою долю бизнеса партнеру. Ничего из этого мне не помогло почувствовать себя лучше. И в итоге долгих, пространных, крайне болезненных размышлений о том, что теперь представляет из себя моя жизнь, и постоянно мучившего меня вопроса «Чего мне теперь хотеть от своего будущего?» — я месяц назад приехала в Санкт-Петербург.
Если бы не смерть папы, это оказался бы просто (очень) сложный жизненный этап, всего-то и требующий, что построить новые планы. Не вопрос, фантазии и целеустремленности у меня в достатке. Но задача оказалась нерешаемой. Потому что папа был одним из ключей к моему счастливому будущему. Каким его ни представь, в нем всегда был он. Все тысячи возможных сценариев в итоге упирались в невыполнимую сцену. Вот по родительскому дому носятся мои дети, а вот папа сажает их на шею и предлагает почитать очередную, как всегда идеально подобранную, книгу. Но стоит открыть глаза — ни детей, ни папы. Допустим, первое осуществить можно (и то не факт, я не проверялась), второе — нет. Просто нет. Никаких лазеек. Если романтический или бизнес-партнер — роль, на которой человека можно заменить (хотя бы теоретически), то, если уж вам в жизни достался настоящий, любимый и любящий отец, — все, заменить его не может никто. Это место после смерти человека навсегда остается пустым.
Поэтому, как я ни пыталась использовать свою богатую фантазию, максимум, до чего додумалась, — задать себе вопрос «Ну а чего я хочу, что никак не связано с другими людьми? Какие мои желания, которые я откладывала, не зависят ни от кого и я могу воплотить их вот прямо сейчас? Сама. Просто взять и сделать».
Питер был для меня такой мечтой.
В Санкт-Петербург я влюбилась много лет назад, сразу, как первый раз вышла из Московского вокзала на Невский проспект. Хотелось бы сказать, что мои эмоции были уникальны и никто не сможет понять пронзивший и наполнивший меня восторг… Но очень в этом сомневаюсь. Честно говоря, мне кажется, если бы город получал монетку за каждого по уши влюбленного в него человека, то Санкт-Петербург был бы по всей площади покрыт многометровым слоем золота. Он словно дотягивался своим пронзительным великолепием до самых тонких душевных струн. Сразу хотелось стать лучше, интереснее, начитаннее, быть странно одетым и иногда даже позволять себе нелепые выходки, но обязательно с проявлением вежливости к окружающим и подкрепленные безупречно интеллигентными высказываниями.