У Росса разболелась голова. Он не мог судить беспристрастно. Нужен взгляд со стороны. Нужен кто-то, кому можно доверять и кто хоть чуть-чуть разбирается во всем этом. Как там сказала сестра Шанталь? «Пусть книга послужит доказательством. Ваша жена не сомневалась бы». Лорен прочесть не могла, а вот кое-кто еще вполне мог.
Росс снял трубку и набрал номер.
ГЛАВА 19
Многие не понимали Элизабет Куинн. У нее никогда не бывало романов, поэтому некоторые совершенно напрасно считали ее лесбиянкой. По правде говоря, хотя Зеб и утверждала, что любит человечество, люди по отдельности ей были не слишком интересны. Она либо оценивала весь мир целиком, либо разглядывала его под микроскопом — и никаких промежуточных вариантов. Элизабет не давали покоя судьба планеты и другие глобальные проблемы, она обожала пронзительную чистоту математических задач, а вот всякие пустяки вроде обычной, повседневной жизни ее волновали мало, что несколько странно для объездившей весь мир дочери дипломата, да еще и прекрасного знатока лингвистики.
Стройная и величественная, Элизабет напоминала древнюю воительницу. Образ дополняли очки с толстыми стеклами, потертые джинсы, грубая полотняная куртка и футболки с надписями, выражающими взгляды Зеб на спасение планеты. При этом в голове, покрытой ярко-красными кудряшками, скрывался острейший аналитический ум, а в груди, прямо за надписью «Спасите Землю!», билось горячее сердце. На свете был всего один человек, которого Зеб уважала, можно даже сказать, превозносила — блестящая, уверенная в себе, эффектная и вместе с тем чуткая Лорен Келли. Зеб даже простила ей мужа-нефтяника.
— Потрясающе. Она определенно настоящая, — заявила Элизабет, перевернув пару страниц книги Орландо Фалькона.
Зеб приехала сразу после звонка Росса и с интересом выслушала его рассказ о Торино и сестре Шанталь.
— Откуда ты знаешь?
— Я хоть и помогала Лорен с математическим аппаратом и всякими компьютерными штучками, но вообще-то специализируюсь в лингвистике и текстологическом анализе, да и манускрипт Войнича изучила вдоль и поперек. Одна рука — абсолютно точно. Посмотри на i и на хвостик у g. Мы с Лорен часто гадали, существует ли этот сад.
Росс, меривший шагами комнату, замер.
— Но ведь этого не может быть!
— Почему? Думаешь, вы, геологи, весь мир перекопали? Помнишь, пару лет назад в Конго новый вид гориллы открыли и еще пигмеев в Индонезии? Я уж не говорю о растениях всяких и животных — в джунглях что ни день, то что-нибудь новенькое. Почему бы и саду этому где-нибудь не найтись?
— Сад, полный чудес? Ты что же, веришь, что на него до сих пор никто не наткнулся?
Зеб похлопала по обложке книги.
— С добрым утром. Наткнулся, конечно. Четыре с половиной века назад. Орландо Фалькон.
— Слушай, я ученый!
— Я тоже. Ученые — это те, кто разгадывает загадки, а не отмахиваются от них. Вот тебе задача: допустим, сад существует. Ты, геолог, можешь предложить гипотезу, которая это объясняет?
— Ну, отдельные аспекты — безусловно.
— Вот и отлично. Вперед.
Она взяла мышь и стала листать перевод манускрипта, а Росс присел рядом, и они оба стали читать с экрана.
С самого начала нашей экспедиции сопутствовали невзгоды. Высоко в горах мы очутились в лесу, где туман был такой густой, что мы не видели собственных ног. В первую неделю семеро солдат погибли — они провалились в эту жуткую белую пелену и исчезли. Наконец спустились на равнину, где нас встретили непроходимые джунгли, сквозь которые текла полноводная река. Мы построили плоты, и течение понесло нас в таинственную зеленую даль.
Четыре дня влекла нас река сквозь бурные пороги и скалы, и тут путь нам преградил водопад. Два плота погибли вместе со всеми, кто был на них. Остальных понесло прямо в водопад, мы промчались по узкой расщелине, где жили твари, похожие на драконов. Многие из нас остались там.
Мы бросили плоты и углубились в джунгли. Охотники стали добычей. Кругом кишело зверье, воздух был полон зловонных испарений, а лес так густ, что мы потеряли счет времени. День слился с ночью. Мы шли, а змеи впивались солдатам в ноги, пропадая затем в густой траве, и невидимые твари таились в зеленых глубинах. Вскоре я отчаялся найти Золотой город. Смерть — вот все, что можно найти здесь.
Мы сбились с пути, нас становилось все меньше, и я показал командиру свои записи: ориентиры, направления по компасу и звездам. Я сказал, что мы можем вернуться, но командир не желал идти назад без золота.