— Знаешь, Вальдрес, по-моему, они так и не поняли, что привело к их исчезновению. Мне кажется, сумей тогда Менка, Суолан и Хелна перестроить свои сущности, и мир бы сейчас выглядел по-другому. Возможно, тогда в нём не нашлось бы места братьям, но это был бы уже совсем другой мир, — давая магу прочувствовать сказанное, Атиш ти-Вару многозначительно замолчал.
Задумавшись, Вальдрес сделал добрый глоток. Волна свежести промчалась по жилам, отсеивая ненужные вопросы словно шелуху. Остался лишь один. Его он и задал:
— А Сетт'иллис и Харр'изис? Выходит, они смогли приспособиться?
— Боги-братья родились не под этим небом. Это всё, что я могу тебе сказать, — альбинос вернулся в кресло и Вальдрес почувствовал, как тот напрягся, словно чего-то испугался. Маг решил проверить свою догадку:
— Но почему? Неужели хранитель Источника чего-то боится?
— Каждый, каким бы бесстрашным он не был чего-то да боится. Даже к самому смелому всегда можно подобрать ключик, отмыкающий темницу, где таятся его страхи. И тот, кто заточил братьев в этом мире, сумел подобрать ключ и ко мне… — от слов альбиноса повеяло холодом небытия, отчего Вальдрес зябко передёрнул плечами. Желание спрашивать о богах отпало само собой. Помолчав с минуту, маг вспомнил об одной нестыковке в сказанном ранее и поспешил уточнить:
— А почему Источник Ирр находится посреди Хайвердского леса? Ведь ты же говорил, что последние онгувы укрылись в озере…
Только тут до него дошёл смысл последнего слова и Вальдрес переспросил:
— Но как же так? Ведь восточнее Халифата нет никакого озера. Там пустыня.
— О, это отдельная история, — Атиш ти-Вару словно обрадовался смене темы. — Всё верно, Источник зародился в озере и там обитал до тех пор, пока не началась ваша знаменитая война. Ты ведь даже не догадываешься о том, что ваш мир был на грани гибели? — Вальдрес отрицательно помотал головой. — Впрочем, не ты один. В результате свершённого тогда заклятия в ткани мирозданья образовалась брешь, в которую как в исполинский водоворот стала всасываться энергия Хигиона. Не трудно представить, что было бы не заделай эту брешь Источник, — альбинос осклабился, наблюдая за отразившимися на лице мага эмоциями. Он ожидал вопроса и Вальдрес его не разочаровал.
— А маги тех времён? Неужели они сидели, сложа руки?
— К тому моменту уже не оставалось магов способных что-либо предпринять. Остальные же просто ничего не почувствовали. Зато почувствовали боги, но пока они гадали, что? происходит с Хигионом, Источник уже завершил всю работу. Правда для этого ему пришлось переместиться на новое место, оставив после себя пустыню… — альбинос сделал паузу и посмотрел магу в глаза. Воспользовавшись передышкой, Вальдрес стал рассуждать:
— Сведения о той войне расплывчаты и противоречивы. Те, кто хотел что-либо узнать докапывались до истины сквозь толщу легенд, слухов и домыслов. И если общую картину войны и предшествующих ей событий удалось восстановить почти полностью, то откуда взялся Хайвердский лес и что он такое не знает никто. Судя по логике твоего повествования, ты готов приподнять передо мной завесу этой тайны, но какова будет цена? Моя жизнь? — маг пристально посмотрел на альбиноса, но тот лишь с улыбкой покачал головой. — Тогда что? Чем я должен буду заплатить за те знания, что мне открылись? Ты ведь не собираешься меня выпускать из леса, верно?
— Вальдрес, Вальдрес, — альбинос улыбнулся. — Клянусь Иррилием ты словно младенец. До сих пор сидишь и ждёшь, когда я скажу что пора тебя принести в жертву Источнику? Посуди сам, желай я тебя убить стал бы с тобой так долго разговаривать? Нет. Ты мне нужен для другого, — от этих слов повеяло чем-то жутким, и маг невольно вздрогнул, что не скрылось от внимательного взгляда альбиноса. — Да не трясись ты так. Уверяю, то, что я… хм… предложу тебе по силам, да и награда понравится, — губ старейшины коснулась улыбка. — Терпение, мой друг. Дай закончить о лесе, а после поговорим и о твоём будущем.
Внутри у Вальдреса все сжалось. Он вдруг чётко ощутил — за альбиносом стоит сила Источника и возжелай тот его убить, хватит лишь слова. И противопоставить этому слову он ничего не сможет. Тем временем Атиш ти-Вару продолжал:
— Как я сказал Источник смог заделать брешь и остановить поток утекающей энергии, но цена оказалась высока. Те крохи разума, что сумели зародиться из семени Иррилия окончательно растворились в магических потоках Хигиона, родив тем самым Хайвердский лес, который в свою очередь стал заплаткой, сдерживающей эманации, разъедающие ткань бытия. О том, насколько обширна была брешь, ты можешь судить по протяжённости Хайверда. Ткань реальности на его территории значительно тоньше, чем где-либо и от этого выход в астрал здесь более проблематичен.