Освещение в помещениях оуществлялось исключительно свечами в дорогих подсвечниках и канделябрах. Или за счёт проникающего света из высоких окон.
Кругом были роскошь и богатство, но при этом ощущалось что то другое, незримое. Одиночество. Уж очень тихо кругом.
Наконец, после долгого плутания по бесчисленным коридорам, мы, наконец, вышли к массивным дверям. Рядом с ними стоял с невозмутимым видом лакей. Он перевёл взгляд с Лючии на меня. Его зрачки немного расширились, но это единотвенное, чем он показал свое удивление.
— Госпожа, Вы будете говорить с самой королевой – Рутой Фасмер. Проявите должное уважение. Когда войдете, поклонитесь до пояса, коснувшись правой рукой сердца. Левую отведите в сторону, ладонью наверх. Вот так! — она продемонстрировала поклон. — Отвечайте, когда вас спрашивают, и спрашивайте, когда вам позволят. Называйте её Ваше высочество, или королева, но никак иначе. И самое главное: что бы вы ни делали, следите за вашими руками! Во время аудиенции они должны быть всегда на виду.
Проговорив всё это, Лючия слегка подтолкнула меня к открывающимся дверным створкам.
Первое, что бросилось мне в глаза – это размер помещения, оно поистине было огромным. Свет потоком лился из высоких, под самый потолок, витражных окон и отражался на мраморном полу разноцветной мозаикой. На витражах, в виде символов, изображались четыре основные стихии: огонь, вода, земля и воздух. На пятом, центральном окне, располагавшемся прямо за двумя тронами – красный камень, похожий на рубин.
Сами же троны были установлены на небольшом постаменте, отделяющимоя от основной части зала лестницей. Тот что побольше, был обит золотистым сукном, и смотрелся поистине по-королевски – с резными ручками из чёрного дерева, и вырезанными на них львами, пожирающими солнце. Он пустовал.
Рядом, на троне поменьше, сидела женщина, сухая, словно жердь. Её белые волосы, собранные в сложную прическу, отливали серебром, когда она поворечивала голову. Вся её величественная поза демонстрировала королевокое происхождение, от чего мне было не по себе.
Я собрала всю свою волю в кулак, и направилась ближе к трону. Звук моих шагов эхом отражался от стен. Я шла мимо мраморных колонн и статуй, стараясь особо не вертетъ головой. Когда я подошла ближе, королева поспешно встала, и, звеня многочисленными золотыми украшениями, которыми была увешана, будто новогодняя ёлка, стала спускаться по лестнице.
— Моя королева — услышала я спокойный твердый мужской голос, разрывающий тишину. Женщина замерла на предпоследней ступеньке, словно ударившись о невидимую преграду.
Я вздрогнула от неожиданности. Только теперь я заметила в тени колонны мужчину в доспехах. Он сделал шаг вперӑд и замер. На его красивом аристократичном лице, обрамленном ореолом золотистых волос, застылю настороженое выражение. Его рука обманчиво спокойно лежала на фесе меча.
Не успела я выполнить поклон, как ощутила себя в цепких объятиях королевы. В них чувствовалось тепло, несмотря на то, что из-за худобы женщины и холода укрешений, были скорее твердыми, чем нежными.
— Дитя моё — женщина отстранилась, и мяпко улыбнулесь мне. — Ты не представляешь, какое счастье для истерзанного сердца матери, видеть тебя здесь, наше спасение! — из глубин ее тяжёлых металлически-серых глаз, струился мягкий свет зарождающейся надежды.
Заметив мов смущенное и не понимающее выражение лица, королева продолжила:
— Имя моё – Рута Фасмер, я являюсь действующей королевой Серединных Земель, до тех пор, пока на трон не сядет новый король... — на этом месте она запнулась, покосившись на трон. — Ты здесь по моему приказу, Источник.
Несмотря на то, что меня распирало от вопросов, я благоразумно решила промолчать, пока не позволят, вспомнив наставления Лючии.
Конечно, выражение моего лица никак не могло ускользнуть от внимательных металлическисерых глез королевы. Она довольно улыбнулась, кивнув своим мыслям, и продолжила:
— Вижу, у тебя очень много вопросов. И мы с радостью на них ответим. Но сначала позволь мне показать тебе кое что.
С этими словами Рута махнула в сторону небольшой двери, скрывавшейся от глаз.
— Следуй за мной, — и она плавно направилась к ней, позвякивая своими многочисленными золотыми украшениями.
И как она их носит при такой худобе?