Открыл дверь в спальню и замер. На кровати сидела Лаина, бледная с заплаканными красными глазами. При появлении господина, как всегда, поднялась и поклонилась. Но вампир не почувствовал от этой женщины ни покорности, ни почтения.
- Что ты тут делаешь? – безжизненным хриплым голосом поинтересовался, и сам удивился, когда услышал его.
- Света мертва? – не ответив, спросила женщина, в свою очередь.
Доурун глянул на как-то вдруг быстро постаревшее лицо, на сжатые в кулаки пальцы. Она осуждала его, своим вопросом, голосом, позой, всё в ней его осуждало. Он вспоминал бросаемые на него взгляды встреченных по пути сюда людей. Они-то же осуждали его. Возможно, ему стоило бы наказать их всех, вот только он сам не мог себя простить, что позволил отцу сделать это с, по сути, девочкой, человеческой, девочкой, которая могла просто не выдержать подобной жестокости. А ещё он винил себя, что вынудил её, признаться. Он провел со Светой не один вечер и не поинтересовался, когда она попала в их мир.
- Она жива, надеюсь, - всё же ответил он.
Вопросительный взгляд Лаины, конечно стоило пояснить, хотя бы для того, чтобы верная ему служанка не считала его трусом.
- Оказалось, у неё был артефакт перемещения. Света сейчас с тем, кто не обидит и не предаст, - он как будто сам себе влепил пощёчину, «не предаст».
Он отвёл взгляд от женщины, почему всё вокруг подёрнулось туманом? И откуда на щеках влага?
- Ваша светлость, - чуть растерянно позвала женщина, - что с вами?
Доурун провёл по влажной щеке, он никогда не плакал, даже в детстве. Что же с ним сделала маленькая хрупкая девочка? Она принесла свет в его мрачную жизнь. Как же он позволил отцу отнять этот свет?
Глава 14
Глава 14
Герион лежал, глядя в потолок, по вискам струился пот. Пару минут назад он услышал её стон «… мне страшно». Маленькая, что с тобой? В нём рос страх и боль, её страх и боль. Первое мгновение он думал, что заснул и это кошмарный сон, но наваждение не проходило. Вдруг браслет на его руке стал совсем холодным, страшное предчувствие сдавило грудь. Миг и рядом с ним на кровати женщина с кровавым месивом на спине. Его дикий крик, полный ужаса и отчаянья огласил замок. Когда комната наполнилась людьми, он уже полевал спину девушки из собственных разорванных клыками вен.
- Хватит, хватит Герион, она жива, ты же видишь, дышит, - Лори отвёл его руки от изуродованной спины и помог закрыть раны.
Подошел Гласс и посмотрел на девушку, вместо стона из её рта вырывался сиплый звук. Вся кровать Гериона теперь была перепачкана её кровью. Кто сделал с ней такое и за что? Эта казнь применялась к вампирам, очень провинившимся вампирам.
- Как она оказалась здесь?
- Сработал браслет, который дала провидица для источника.
- Ты отдал его девочке?
- Он спас ей жизнь, - его трясло, друзья ещё не видели Гериона в таком состоянии, - её у-би-ва-ли, - кулаки вампира сжались.
-Успокойся, мы узнаем кто это сделал, теперь главное, что б она быстрее поправилась, - Гласс обернулся на слуг, - позовите лекаря и пусть кто ни будь сообщит Луи, что Света нашлась.
Боли больше не было только туман, и она плыла в нём мерно покачиваясь. Туман не был холодным он гладил её голову, плечи, руки. Касался лица обнимал и снова укачивал как будто баюкал. Казалось, у тумана были руки, большие ладони нежные и сильные. Он то и дело касался её. У тумана было дыхание, которое она чувствовала на своей щеке. Интересно почему туман напоминает…
Света распахнула газа и вздрогнула, на неё смотрели красные глаза вампира. В первый момент она забилась, поняв, что находится в его руках. Но такой знакомый желанный голос:
— Это я, девочка моя, это я.
«Наверное, я всё-таки умерла». Эта мысль успокоила. Испытать то, что испытала она и выжить, это было невозможно. А Герион… Это просто её видение, он и его голос, и руки. Это просто последнее что она унесёт с собой в небытие. И всё-таки:
- Я умерла? – спросила и поняла, что жива. Только живые могут так хрипеть и чувствовать, что горло как будто рвут изнутри когтистые лапы.
- Ты, жива, маленькая моя, не надо говорить, ты серьёзно повредила связки. Я сам расскажу тебе, что знаю.
Он сидел на кровати, держал её закутанную в одеяло и покачивал как маленькую:
- Два дня назад ты оказалась в моей кровати, вся в крови. Я не знаю кто сделал с тобой такое, но обещаю. Что он пожалеет о каждой секунде твоей боли, - Герион сильнее прижал к себе хрупкое тело, сейчас казалось она стала ещё легче.
Света ощутила щекой твёрдую грудь с перекатывающимися под тонкой рубашкой мышцами, а ещё она чувствовала, как подрагивают его руки. Он замолчал, чуть прикрыв глаза.