– Подождите-ка, – Борька сполз на землю и принюхался своими иголками. – Там под камнями что-то есть. Странное. И очень мощное.
– Если его туда засунули, то, наверное, знали, что делали, и не нам это оттуда выковы-у-ривать, - продолжал шипеть Рерх и молотил толстым хвостом по камням. – Ринка, не лезь! Твоя многострадальная задница не выдержит ещё одного приключения!
– Может, там проход? – предположила Лазиза.
– Не узнаем, пока не разберем завал. – Я немного подумала. – Значит так: Рерх – тебе задание найти чего-нибудь поесть. Арина – ты будешь держать вариусов, а мы с Лазизой – убирать горку.
– Я все же с тобой останусь, – Борька забрался на плечо и затих.
Котейшество, всем своим видом выказывая возмущения глупой мной, удалился на поиски съестного, Арина сосредоточенно держала Варю, устроившись в небольшой каменной нише, а мы с ящеркой принялись раскидывать булыжники. Работали не торопясь, помня о моей беременности. Тяжелые камни оттаскивали вдвоем и складывали вокруг. К вечеру вместо горки образовалась ямка с каменным обрамлением.
– Ну и что тут у нас? – заинтересованно заглянула рыжая кошачья морда. – Клад? Или фигов подклад? – ядовито высказал он свое предположение.
– Пока ничего, – я устало присела на рукотворный бортик со стороны ямки и отряхнула руки.
Лазиза привалилась снаружи.
– Вместо того, чтобы дурью маяться, пошла бы ужин приготовила – я кролика принес! – Рерх гордо вскинул голову, распушил хвост и важно прошествовал к Арине.
– Вот, если тебе делать сейчас нечего, то не надо делать это здесь! – посмотрела на Лазизу и сказала ей: – Иди ты с ужином разберись, надо хвороста насобирать, а у меня ноги отекли, я тут на коленках камешки повыбираю.
Лазиза кивнула и послушно побрела за хворостом. Арина увязалась за ней. Все-таки какой неординарный ребенок! Ели утром, полдня топали, потом до вечера сидела -правда, поспала, и не хнычет, не капризничает, ничего не просит. Золото, а не ребенок!
Я перевалилась на коленки и по одному стала выкидывать камни. И как всегда – что-нибудь, да не так пойдет! Я поранилась. Острым камнем поцарапала палец. Кровь аж закапала. И я совсем забыла о её свойствах. Результат – несколько капель упали на камни, они зашевелились, и все дно ямки пришло в движение – булыжники расползлись в сторону, открывая дыру, в которую я благополучно и свалилась. Хорошо, что дыра образовывалась постепенно, мягко спуская меня за собой вниз, и моя попа с коленками и локтями не сильно пострадали. Визжала знатно. Как бы горный обвал не спровоцировала. Перестала орать только когда каменистая почва подо мной перестала двигаться. Задрала голову – блин, высоко. И узко – не взлететь. Сверху свесились кот и Лазиза.
– Арину не подпускайте!
Девочка тоже может юркнуть. Но она умничка, ревела рядом с ямой.
– Вот скажи мне, пожалуйста, – бухтел кот. – Почему, как только я отвернусь, так ты обязательно вляпаешься!
Он расхаживал по краю бортика и откровенно нервничал, дергая хвостом.
– Чего тебя туда понесло? Твоя задница не мо-у-жет без приключений!
– Прошу прощения, что вмешиваюсь в воспитательный процесс, – обратил на себя внимание Борька, – но тут уровень магии зашкаливает. Оттуда, – он ткнул усиком в дно ямы, – что-то поднимается, и я не могу понять ЧТО. Надо выбираться. Срочно.
– Надо, - – грустно кивнула обессиленная я. – Только вот сейчас такси закажу, прямо до самого верха.
– Что такое «такси»? – встрепенулся вариус. Наверно, думал, что это какое-то секретное заклинание.
Я было открыла рот, чтобы в очередной раз ляпнуть не подумав, но вибрация дна ямы заставила меня приткнуться и вжаться в стенку. Сквозь камни стала проступать вода. На мое счастье, она была теплая, чистая, с запахом свежего дождя. Наверху отчаянно запричитали, а Арина заревела белугой.
– Тихо! Я умею плавать! – будут орать, может ещё глубже яма образуется.
Вода прибывала стремительно. Когда её уровень поднялся до подбородка, я оторвала ноги от дна и «пустилась в дрейф», цепляясь за выступающие камни. Держаться не составляло особого труда – вода сама держала меня на поверхности, ласково обнимая и покачивая.
Когда я, наконец, смогла вылезти, ночь уже накрыла прохладным покрывалом наше пристанище. Зубы отбивали дробь, тело трясло от холода. Лазиза с ловкостью фокусника развела с помощью Рерха-зажигалки костер, стянула с меня вещи, я недолго посверкала своей обнаженкой – кот и Борька дипломатично отвернулись – отжала и высушила бытовыми заклинаниями. Теперь я согрелась – вдобавок ещё и обернулась крыльями. Арина пробралась внутрь и завороженно перебирала перья. Я вглядывалась в её личико и не могла понять, кого она мне напоминает. Что-то неуловимо знакомое было в её взгляде, движениях, в манере хмурить тонкие черные бровки, даже чихала она знакомо. Порой казалось – вот оно, это воспоминание! Но оно также неожиданно исчезало, как и появлялось. В конце концов, я плюнула на этот процесс – значит, не время ещё.