Кроме Рена, о рискованной затее Данте знали Василиса и Наблюдатель Руфус, поклявшиеся хранить тайну и вовремя сообщать о ходе спецоперации. В команду заговорщиков вошел и король Артур, защитник Монсальвата. Королю надлежало возглавить оборону замка, чтобы битва за Грааль была максимально достоверной, но при этом свести количество пострадавших к минимуму. Знал также Зигмунд, которому было доверено провести отряды Совершенных в мир Грааля, прямо к ущелью по старой сети транспортеров.
Судя по последним сообщениям Рена, потерь у Монсальвата избежать не удалось, а решение королевы идти в атаку на Совершенных едва не нарушило все планы. Хранителю пришлось прибегнуть к помощи своих приятелей по боевому прошлому, и они устроили обвал на основном подступе к замку, чтобы хоть как-то затормозить воинственную королеву и ее рыцарей…
Небоскреб Данте в городе кукол окутала ночь. Убывающая луна кроваво-красным фонарем светилась у горизонта. Директор ада ждал вестей от Василисы, стоя на крыше и с наслаждением вдыхая прохладный воздух
Вестник бесшумно приземлился у ног Данте. Директор ада взял птицу в руки, сосредоточился. Перед мысленным взором предстала кареглазая чародейка. Затем Данте увидел темные сырые стены подземелья и Рена. Он шел следом за высокой женщиной с ослиными ногами. Чародейка Эмпуса, проводница и хранительница лабиринта, вела Рена к тайному проходу в замок Грааля. Вот он вошел в старую крипту, поднялся по каменной винтовой лестнице, открыл дверь в тесную комнату с низким потолком, где король и его охрана скрывались от стрел Совершенных. Всевидящий взор Василисы перенесся на долину, раскинувшуюся перед перевалом на Монсальват. Большой отряд Совершенных быстро продвигался к лагерю защитников Камелота. Часть армии уже приготовилась отражать атаку с тыла, но рыцарям было не под силу остановить Совершенных и защитить свою королеву. Вдруг из-за гор, сверкая белоснежными крыльями, вознесся рой Хранителей. Молодец, сестрица Арлена, успела выслать подкрепление для защиты Джиневры. Примерно половина крылатого воинства отделилась от основной массы и направилась к Монсальвату, очевидно, чтобы дать бой Совершенным в каньоне. Данте взмолился про себя, чтобы Рен действовал быстрее, до того, как начнется кровавая мясорубка. Хранитель с алыми крыльями не подвел: за минуту до столкновения Совершенных и воинов Белого легиона Рен с королем убедительно разыграли драматическую сцену «спасения» Грааля. Схватив неприметную каменную чашу, Рен «в отчаянном порыве», не без труда перелетел от ворот замка к вершине горы, за которой – по чистой случайности - стоял предводитель Совершенных. Проиграв быструю битву и отдав Грааль сияющему воину, Хранитель упал «замертво» к его ногам. В то же мгновение армия Совершенных испарилась прямо в воздухе.
Получилось!
Грааль теперь у Крона, и значит, завтра Данте и Ника разыграют финальный акт этой трагедии.
Отравленное Древо уже повсеместно отключало систему транспортеров. Связь времен будет прервана через несколько часов.
Василиса продолжала доклад. Есть раненые, но она обещает оказать максимальную медицинскую помощь. За водой целебного Источника пришли несколько Хранителей и рыцарей, готовые платить по справедливости.
Данте велел Василисе передать Хранителю Рену, чтобы он вместе с Красным легионом шел на Землю, охранять семью Ники от нечисти.
Для оживления Совершенных Крону достаточно Грааля. Для устранения Данте – достаточно Ники. Но кое-чего Крон, кажется, не знает о маленькой девочке с Земли, которую хочет сделать своим главным орудием против Изначальных.
Прежде чем рискнуть целым миром, Данте должен был увидеть ту, ради кого однажды этот мир создал.
5
Коктейль-холл на первом этаже личного небоскреба Данте в городе кукол был готов принять гостей.
Данте, как обычно, присел за дальний столик. Манекены, не замечая своего повелителя, снова изображали оживленную публику.
Приглушенный свет низко висящих плафонов, говор нарядных кукол, звон бокалов с шампанским, негромкий смех и шелест платьев мягкими волнами отражались от темно-зеленых портьер и скатертей. Невидимый оркестр наигрывал знакомый джазовый мотив. Контрабас неторопливо перебирал такты, нежные скрипки плели кружево гармоний вокруг старой истории, которую без слов рассказывал пианист.