Работа в банке была совсем непыльной по сравнению с фабричной. Сельма быстро освоилась в офисе и через некоторое время возглавила небольшой отдел кредитования частных лиц. Девушки-подчиненные полюбили Сельму за то, что она никогда не давала их в обиду, а сотрудники-мужчины уважали за профессионализм и предусмотрительность. Сельма всегда видела, что за человек приходил в офис и сколько можно на нем заработать. С нищими мечтателями и авантюристами, искавшими деньги для воплощения своих утопических затей, она расправлялась быстро, зато клиентов с будущим, в том числе гангстеров, распознавала безошибочно, даже если они были одеты в мешок из-под картошки. Распознавала и умела расположить к себе так, что кредиторы банка не только возвращали суммы в срок, но и приходили к Сельме иной раз просто так – посоветоваться о предстоящей сделке или планах на расширение бизнеса.
Все рухнуло в один день 1929 года, когда поддавшиеся всеобщей панике клиенты банка потребовали немедленно вернуть им вклады. За банкротством последовало увольнение большей части банковских работников, и даже всеми уважаемая Сельма осталась без работы. К счастью, сама она не доверяла банкам, предпочитая хранить деньги в надежном сейфе в небольшой квартире, которую она сняла вскоре после перехода на новую должность. Пока слабые духом прыгали с мостов в залив и бросались под поезда в метро, Сельма хладнокровно пересчитала солидный запас наличных и пришла к выводу, что кризис – это самое подходящее время для решительных действий. Самостоятельной тридцатидвухлетней женщине, не обремененной семьей и детьми, было несложно распрощаться с Джерси и придумать новый смелый план. Оставалось уладить лишь одно небольшое дельце.
«Дельце» звали Джедидайя. Он появился в жизни Сельмы пару месяцев назад. Богатый Северо-Восток сулил таким, как «деревенщина Джед» из Юты, более выгодные условия по кредитам, и большая семья отправила его, старшего сына, в Джерси за большой суммой, на которую отцовская ферма могла бы приобрести еще сотню бычков и участок земли для пастбища. Сельме стало жаль рослого детину в мешковатом костюме – он выглядел растерянным большим ребенком в мышиной суете, которую разводили повсюду банковские клерки. Она подошла к мужчине, поинтересовалась, не может ли помочь, и лично проследила за тем, чтобы заявление на выдачу кредита было заполнено без ошибок. Все это время фермер бросал восхищенные взгляды на Сельму, и от этого неприкрытого восторга ей становилось не по себе. Она удивилась, когда выходя из офиса вечером того же дня, обнаружила Джеда у выхода. Он пригласил ее в кафе-мороженое, не придумав более деликатного способа выразить свою благодарность. Вопреки своим принципам, Сельма согласилась.
Знакомство быстро переросло в нечто большее. Оба были взрослыми людьми, далекими от сентиментальности, но обретшими друг в друге умиротворение и нежность. Когда прошло полтора месяца, необходимых для рассмотрения заявления о кредите, банк Сельмы одобрил прошение Джеда, но тот не спешил уезжать. В одну из последних встреч он предложил Сельме поехать с ним в Юту, стать его женой и присоединиться к семейному делу. Сельма обещала подумать.
Банковский кризис, который в скором времени перерос в то, что принято называть Великой депрессией, безжалостно расправился с их планами на жизнь. Джеду не успели выдать кредит, и ему пришлось возвращаться домой ни с чем. Сельма могла бы взять свои сбережения и последовать за Джедом, но она колебалась. Она никогда не мечтала жить на земле, работать на ферме, и если бы не Джед, то и мысль об этом не пришла бы ей в голову. С ним было хорошо, возможно, лучше, чем с кем бы то ни было на свете. Джед обожал Сельму, смотрел на нее, будто на чудо природы, и боготворил ее немодное тело, но… Но Сельма не могла пойти на риск. Слишком часто она зависела от других, и ее не прельщала перспектива оказаться без денег, связей и близких на другом конце страны в том случае, если дела фермы не пойдут в гору.
После краткого объяснения с Джедом, прихватив два скромных чемодана со своими пожитками, Сельма села в автобус до Нью-Йорка. Там у нее были хорошие связи с ирландскими иммигрантами, владевшими сетью не совсем легальных заведений. Уже не раз мистер Шеди намекал ей о том, что в их деле очень пригодился бы хороший бухгалтер, умевший к тому же разбираться в людях. Сельма так и не рискнула предложить Джеду остаться с ней. Позже она узнала, что ферма его отца выстояла в годы кризиса, но до процветания Джед не дожил – погиб в одном из сражений на Тихом океане во время Второй мировой.