Джиневра определенно была рада видеть Рена. Когда и при каких обстоятельствах он побывал в этом мире, не так важно, но к счастью для Лехи с Селестой, его репутация здесь, кажется, безупречна.
- Что привело вас в Камелот, сир Рен? – негромкий, мелодичный голос королевы все же обладал достаточной силой, чтобы заполнить весь зал и мягким эхом откатиться от каменных стен.
- Двое фантомов из Академии по ошибке попали в ваш мир, - Рен кивком указал на Леху и Селесту, хотя иномирян легко можно было опознать по одежде. – Меня послали, чтобы вернуть детей назад. Ближайший от Грани портал находится в Камелоте, поэтому я здесь и буду признателен вашему величеству за помощь.
- Разумеется, - улыбнулась Джиневра. – Но пока вы у нас… Клайд, принеси нашим гостям немного еды и вина. Надеюсь вы и ваши друзья, сир Рен, не откажете мне в краткой беседе. Не каждый день мы принимаем гостей из иных миров. А после обеда мы с радостью сопроводим вас к порталу.
Рен на секунду замялся, но быстро принял решение.
- Думаю, час отдыха не повредит нам, благодарю, ваше величество.
Однако часом беседа не ограничилась. Несмотря на внешнюю мягкость и сердечность, у Джиневры была поистине стальная хватка. Она умело и без давления добивалась исполнения своих желаний – и прямо сейчас она желала знать, кажется, все новости околоземного сектора Вселенной. В самом начале дипломатического обеда к компании присоединился кто-то из рыцарей, затем еще один, и еще… И через полчаса тронный зал превратился в нечто среднее между средневековым кабачком и студенческой столовой. Длинный стол разместили напротив трона, лишь королева по-прежнему восседала отдельно, потягивая вино из золоченого кубка. Обитатели замка, воины, советники и придворные во главе с королевой засыпали гостей самыми разными вопросами, так что к разговору довольно скоро пришлось присоединиться и Селесте, и Алексею, и даже леди Марусе, которая толком ничего не знала, но быстро выучилась авторитетно морщить лоб и переадресовывать вопросы Лехе.
Селеста как раз дошла до очередной увлекательной – наполовину где-то подслушанной, наполовину выдуманной – истории. На сюжете о том, как всеми почему-то любимый господин Данте крестоносцев в аду воспитывал, в зал через самое широкое, арочное окно влетело что-то очень блестящее и большое.
Хранитель Белого Легиона! Не успев расправить крылья, он тяжело приземлился на каменный пол. Селеста разглядела, наконец, золотоволосого рыцаря с безупречно тонкими чертами лица. Правда, прямо сейчас эти тонкие черты выражали только страдание.
- Сир Лоэнгрин! - воскликнула королева Джиневра, вскочив со своего трона.
К рыцарю сразу же метнулись несколько мужчин, аккуратно приподняли и перенесли на широкую лавку, прикрытую шерстяными пледами. Селеста разглядела, что юноша серьезно ранен: его позолоченный нагрудник был пробит справа чуть ниже груди, а белые одежды, крылья и плащ залиты кровью.
Кто-то позвал лекаря, но Алексей успел первым. Он аккуратно ощупал плечо и руку молодого рыцаря, снял нагрудник и осмотрел рану.
- Здесь застряло что-то вроде стрелы, - хмуро бросил он. – Несите все, что у вас есть из медикаментов.
Пока слуги метались в поисках нужных Лехе материалов, Джиневра присела на пол рядом с рыцарем-лебедем.
- Что случилось, Лоэнгрин? – обеспокоенно спросила она.
- Монсальват, - прохрипел юноша. – Мы не можем… защитить его…
Силы оставили рыцаря, и он потерял сознание.
- Разойдитесь все, - крикнул Леха. – Ему нужен воздух, а здесь дышать нечем.
- Вы слышали. Сир Ланцелот, позовите Мерлина, - королева встревоженно взглянула на высокого брюнета и одним жестом заставила любопытных придворных покинуть зал.
Тем временем юноша, не приходя в сознание, начал что-то сбивчиво бормотать. Различить можно было лишь два слова: Монсальват, Грааль.
- Странная какая-то стрела, - пробормотал Леха, пальцами приноравливаясь к хрустальному обрубку, разбитым концом выходящему из груди раненого. – Нужно попробовать вытащить…
- Не трогай! – Рен отпихнул руку будущего Санитара от прозрачного орудия. – Это не стрела.
Встав на одно колено перед раненым, бывший Хранитель вынул из длинной косы заколку в форме полумесяца – и серебристая цепь засияла в его руках. Он аккуратно коснулся хрустального «древка» цепью, та почернела и задымилась в месте соприкосновения.