Джиневра спрыгнула с седла, подбежала к раненому, присела рядом и взяла лицо воина в свои ладони.
- Что произошло? Заклинаю, отвечайте же!
- Королева, - прохрипел рыцарь, лицо его на мгновение просияло. – Простите меня, я не успел…
- Что? Что вы не успели? – Джиневра легонько потрясла воина за плечо, не давая потерять сознание. Видимых ран на теле Хранителя не было, однако он выглядел так, будто вся жизненная энергия покинула его.
Рядом с раненым стояла кожаная фляга с амброзией – наверное, оставили рыцари, проезжавшие здесь раньше. Джиневра осторожно приложила сосуд к губам Хранителя. Мужчина напряг, кажется, все свои силы, чтобы сделать глоток. На несколько секунд он прикрыл глаза, обмяк, и Селеста уже почувствовала, как приступ паники подкатывает к горлу. Однако веки Хранителя все же дрогнули, грудь едва заметно отозвалась вдохом, и он снова заговорил.
- Сказать вам. Я должен был раньше, но крылья…
Только сейчас Селеста разглядела знакомое алмазное сияние за спиной Хранителя. Смертоносная паутина сковала белоснежные крылья и постепенно отнимала жизнь у несчастного.
Раненого Хранителя перенесли на телегу. К сожалению, его страданиям не мог бы помочь самый искусный лекарь. Алексей, посоветовавшись в Мерлином, предложил отпаивать раненого травяным чаем – хоть какая-то подпитка для пробитой ауры.
Из краткого, перемежавшегося забытьем рассказа Хранителя, удалось выяснить кое-что о случившемся в Монсальвате.
Необыкновенные существа, прекрасные и сияющие, будто чистейший горный ледник, появились в горной расщелине у замка незадолго до рассвета. Они заполнили каньон и площадку перед мостом к замку, перекрыв все тропинки и пути к бегству. Рыцари, зачарованные необычайным зрелищем, поначалу не восприняли незнакомцев как врагов. Однако помня о приказе господина Данте и обеспечивая безопасность короля и Грааля, на всякий случай подняли навесной мост. Свои намерения незваные гости обнаружили быстро. Шквал ледяных стрел обрушился на стены и башни замка. Опытные рыцари успели укрыться от атаки, однако раненых оказалось больше, чем защитники Монсальвата могли себе позволить. К счастью, король вовремя распознал ядовитые стрелы – по необычным ранам, затягивающим тело раненого, будто алмазные нити.
Король Артур принял командование обороной. Хранители Белого Легиона, охраняющие Монсальват, спрятали Грааль в тайной подземной крипте, но он все еще находится в великой опасности. Со стен замковых башен видно, что «хрустальные люди», как назвал их раненый Хранитель, кропотливо что-то возводят, наращивая сверкающие, будто алмазы, конструкции, возможно, мосты или лестницы. Несмотря на риск, защитники крепости приняли отчаянную попытку прорвать осаду. Дюжина Хранителей добровольно вызвалась на опасное задание. Когда крылатые воины пытались покинуть крепость, их настиг град алмазных стрел и копий. Большая часть тех, кто рискнул прорваться за помощью, погибли на месте. Получить ранение, но перелететь стену и укрыться за перевалом удалось лишь двоим – рассказчику и молодому Лоэнгрину.
Раненого Хранителя аккуратно перенесли на один из обозов, замыкающих процессию. Джиневра приказала двигаться дальше, и караван прибавил ходу. Теперь беседовали вполголоса, и каждый бросал настороженные взгляды в лесную чащу.
Джиневра и гвардейцы взволнованно обсуждали положение. От верной гибели замок и его обитателей спасает лишь гора, на выступе которой от прилепился, и ущелье, отрезающее прямой подступ к воротам. Далеко внизу бурлит горный поток, а отвесный склон горы и ледник на высокой вершине не так-то легко одолеть даже Совершенным.
Уже сгущались сумерки, когда дорога постепенно начала забирать вверх, и вскоре марш потянулся по каменистому серпантину. Устав трястись в седле, Селеста на время перебралась к Алексею и Марусе. Они тихо переговаривались, чтобы не заснуть.
Темнело быстро. Над верхушками деревьев взошла убывающая луна, похожая на обломанную монетку. Возницы зажгли небольшие фонари, подвешенные сверху на повозках, пешие вооружились факелами. Вереница обозов почти доползла до вершины первой гряды. Селеста глянула вниз - будто огненная змейка петляла по склону горы. Спустя четверть часа сверху стало видно и темную чашу долины, отделявшей один хребет от другого. На другом склоне перевала, куда поспешно спускались усталые путники, кипело море янтарных огней.