- Давно уже пора задать этим блестяшкам по старинке, как я люблю, - добродушно проворчал Роланд. – Ох и устрою же я им балаган с менестрелями! Негоже рыцарю короля Карла скакать по горам аки барану. К чему сырость разводить, девицы? Еще попируем!
С этими словами он крепко хлопнул Селесту по плечу, та не выдержала и прослезилась.
Чтобы не затягивать проводы, сир Роланд тихонько выругался в сторону Совершенных и удалился по едва заметной тропинке, на которую его вывел один из крадущихся.
- Синоби прикроют, - ровным тоном напутствовал рыцаря Рен.
От его слов Селесте стало немного легче.
- А теперь помогите-ка мне с маскировкой, - попросил Хранитель и зачерпнул горсть бурой влажной земли из-под ног. – Нужно замазать крылья грязью, чтобы не было видно на открытых местах.
Дальше они шли и карабкались по склону. Там, где в соснах были проплешины, ползли на четвереньках, иногда практически на животе, чтобы не было заметно снизу или с другой стороны ущелья. Двигались вперед только после сигнала «крадущихся», но сигналу же замирали над пропастью. Селесте уже не хватало воздуха, легкие горели, но она и подумать не могла о том, чтобы остановиться.
Наконец, за очередным поворотом каньона показалась сверкающая «стройка» Совершенных. Ледяной мост широким кружевом обнимал выступ горы, на самой вершине которой приютился замок Грааля. Снизу замка практически не было видно: серые стены на фоне серых камней сливались в единый монолит. Селеста и ее спутники застыли примерно на середине между дном каньона и замком. Метров на десять ниже кипела стройка. Шансов проскользнуть незамеченными было мало – среди сосен сновали Совершенные, а намеченный Реном путь проходил всего на метр-два выше. Еще выше – голые скалы, где не за что уцепиться и негде спрятаться.
Следуя сигналам невидимых синоби, четверка подобралась как можно ближе к рискованному участку.
- Будьте готовы, - тихо сказал Рен. - По моему сигналу – бежим что есть сил до того поворота. За ним спускаемся, находим вход в лабиринт. И да поможет нам Вселенная.
В воздухе повисло напряженное ожидание.
Скалы звенели, отражая звуки «стройки». Хрустальный мост отбрасывал такие яркие блики, что смотреть на него было больно.
- Эй вы, бутылки немытые!
Внезапно ущелье загудело зычным басом сира Роланда. Отраженный от алмазных простенков, голос заполнил каньон от края до края, не давая понять, откуда именно кричит наглый рыцарь.
– А ну идите-ка сюда! Дядюшка Роланд сейчас сделает из вас, стекляшек, бусики для своей дорогой Клотильды!
Вместе с этими словами на хрустальных людей у противоположной стороны каньона прямо с неба стали падать сверкающие звезды. Острые края звездочек глубоко врезались в алмазную оболочку, которая доселе казалась Селесте несокрушимой. Совершенные не падали замертво, но орудия «крадущихся» явно им досаждали. На дне каньона началось легкое волнение.
- Эгей! Я здесь, блестяшки! - заорал сир Роланд с противоположного склона ущелья и для убедительности скинул сверху пару булыжников. В том месте, где мог бы находиться рыцарь, сразу полетело несколько алмазных стрел, а в ответ мелькнули металлические звездочки.
- Вперед! – скомандовал Рен, и они побежали.
Селеста совсем не разбирала дороги. Она слышала зычный голос сира Роланда, и молилась, чтобы этот голос и дальше гудел между скал. Лязг и звон алмазных стрел давали надежду на то, что рыцарю все еще удается скрываться среди камней и сосен.
Внезапно все замерло.
Голос сира Роланда смолк, ущелье наполнилось тревожной тишиной – лишь река продолжала шуметь далеко внизу да сердце глухо стучало в груди.
Они смогли! Стройка осталась позади, но сбавлять скорость было рано.
Селеста бежала сразу за Реном, его испачканные землей крылья стали ей и маяком, и спасательным кругом.
Об осторожности они давно забыли, ветки и камни, попадавшие под ноги, предательски хрустели.
Вдруг в сантиметре от крыла Рена сверкнула алмазная стрела.
- Ложись! – успел крикнуть Хранитель за мгновение до того, как шквал стрел и копий обрушились на путников.
Тяжелые, острые осколки стрел, ударившихся в камень, дождем пролились на спины Селесты и ее друзей.
Она лежала ничком на земле и тряслась всем телом.