Селеста только хмыкнула, но ничего не ответила. Получается, она могла бы помочь раненым рыцарям, но теперь они заперты в неизвестном лабиринте, откуда и выхода-то теперь нет. Кстати!
- Почему камень открылся? – спросила она.
- Пауки затянут сети, каждый новый гость умрет, - слабо отозвалась леди Маруся, которая и впрямь, кажется, почувствовала себя лучше после атаки банши. – Наверное, когда я упала в обморок от смертельной раны, я и стала этим новым гостем.
- А пауки здесь причем? – фыркнул Леха.
- Думаю, мы не хотим знать, - пробормотала Селеста, зажигая свой фонарик. – Идемте. Маруся, ты как?
- Неважно, - ответил за девушку обеспокоенный Леха. Он аккуратно поднял раненую подругу на руки и сказал. – Не бойся, в Карантине тебе обязательно помогут. Ты только путь показывай, если можешь, ладно?
Маруся кивнула и с благодарностью посмотрела на своего храброго защитника.
Впрочем, пока карта не требовалась: от входа вглубь горы вел обычный подземный ход, без поворотов и развилок. В подземелье было прохладно, но сухо, и на том спасибо.
Первая развилка появилась спустя минут пять пути, Маруся уверенно указала налево.
На втором десятке поворотов Селеста окончательно потеряла ориентацию в пространстве, но их странноватая подружка из Шалот выбирала путь легко, без сомнений. Внезапно Рен остановился и пристально вгляделся в тоннель, который они уже оставили позади.
- Там что-то есть, - одними губами прошептал он. - Идите вперед, быстрее.
Леха и Селеста прибавили шагу.
Едва различимый шорох в темноте вдруг превратился в жуткий шелестящий звук, будто огромные бабочки, сталкиваясь, роились вокруг старого фонаря.
Селеста обернулась – и потеряла дар речи от ужаса.
За спиной Рена голубыми огоньками горели тысячи злобных глаз, а в пляшущем свете фонарей змеились противные паучьи лапы и шелестели бледные, будто у моли, крылья.
- Вот и пауки, - криво усмехнулся Рен, растягивая в руках тонкую серебристую цепь с серпом на одном конце и с круглым грузом на другом. – Бегите!
Селеста и Леха, понеслись дальше, не жалея ног.
- Не смотри, не смотри, - шептал Леха, прижимая голову Маруси к своему плечу.
Селеста тоже не смотрела. Несколько раз к ее ногам отлетали отрубленные мохнатые лапы. Эти твари были размером с собаку!
Свист серебряной цепи, стрекот невидимых насекомых, шелест крыльев позади становился тише.
Селеста бежала изо всех сил. Снова закричать она не решалась - боялась, что от крика банши обрушится потолок.
Внезапно тоннель расширился – и они вбежали в огромную ячеистую пещеру, сплошь затянутую белесой паутиной. Из огромных, похожих на ватные шары, коконов доносился детский плач.
Сзади вдруг что-то грохнуло и полыхнуло. Спустя мгновение в пещеру, прихрамывая, вошел Рен. Селеста с облегчением выдохнула и бросилась к Хранителю.
- Ты как? Ранен? Что это бухнуло?
- Жить буду, - смутился Рен. – Устроил небольшой взрыв из остатков масла в фонаре и энергии. На время они отстанут, но нужно торопиться. Не нравится мне это местечко.
Хранитель с отвращением осмотрел пещеру. Невнятный плач усиливался.
- В подземелье плачут дети, слезы их стекают в грот, - слабым голоском произнесла Маруся и, указав в правый угол пещеры, добавила. – Нам туда.
Уворачиваясь от клочьев паутины, путники пошли в указанном направлении. Плач стал еще пронзительнее, теперь на самом деле казалось, будто в больших коконах заключены несчастные дети.
У самой стены жуткой пещеры действительно обнаружился «грот» - чашеобразная ниша в скале. Вместо каменного пола в полукруглом колодце грота тускло мерцала черная вода.
Резкий треск раздался на фоне монотонного воя, наполнявшего пещеру. Один из коконов затрясся и прорвался, выпуская наружу мерзкую паучью лапу. Так вот чьи тут «дети плачут», догадалась Селеста - и не обрадовалась своей находчивости.
У дальнего входа в пещеру снова послышались знакомые шорохи – пауки возвращались за добычей.
- Маруся, куда дальше, - с мольбой в голосе спросил Леха.
- Сюда, - девушка указала на грот.
- Но это тупик!
- Нам туда, - безучастно повторила Маруся.