Вдоль по периметру поселения стояли часовые - с оружием, в тяжелых железных доспехах. Их шлемы полностью скрывали их лица - даже не видно было глаз. Их устрашающие доспехи, повергали во всесковывающий ужас. Их щиты и клинки были созданы, чтобы уничтожать все сущее. Одними их перчатками можно было разрушить человеческий позвоночник, а их сапоги могли одним ударом проломить грудь взрослого мужчины. Эти доспехи были новыми, и выкованы из чёрного металла, что покоился веками в рудниках гор Бессара. Темно-серый металл совсем не отражал дневного света. Казалось бы, в лучах солнца новенькие острые клинки и наргудники часовых должны блестеть поярче серебра, но нет, доспехи не то что не отражали свет, они его поглощали.
Стэфан понял, зачем Тельботу понадобилось завоевывать Бессар: они добывают металл в шахтах Бессара, и куют из него оружие и доспехи, а те дыры в горе - новые шахты, в которых добывают и сразу же куют оружие. Ьельбот даже не стал тратить время на раскопку новых шахт и сооружение безопасных ходов, а просто приказал прорубить в горе дыры и соорудить к ним деревянные лестницы.
Стэфан решил подобраться поближе и все как следует рассмотреть. Он превратился в ворона, взлетел ввысь, облетел разрушенный Бессар и гору, и опустился, паря над новым поселением. В городе не было ничего, кроме грязи, мусора и тряпья, и жалких лачуг. На веревках сушились серые обноски, бывшие некогда приличной одеждой, но теперь их было трудно отличить от тряпья. Приличной дороги не было - лишь протоптанные в пыли тропинки. Лачуги располагались хаотично. В них было много окон, почти все построены в два этажа. Внутри стояли ряды двухэтажных кроватей. Другой мебели не было. В поселении были люди - грязные, исхудалый и измученные. В дальнем конце стояла палатка, из нее торчала труба, а из трубы, в свою очередь, велил густой дым, стелившийся по серой земле. Несколько людей вошли туда, неся в руках деревянные ведра с водой. Стэфан догадался, что это кухня. В воздухе стоял запах застоявшегося пота, дыма, нечистот и серы, выжигавший легкие Стэфана, привыкшего уже к чистому воздуху леса.
Он внезапно ощутил внутри своей груди странную дрожь, словно его сердце дрожало, как колокол после сильного удара молотом. С ним ничего не происходило, но, на всякий случай, Стэфан решил опуститься поближе к земле. Возле хлева Стэфан заприметил мальчишку, служившего прежде на замковой кухне. Лицо мальчишки было вымазано грязью, он сильно побледнел, его одежда была вся в заплатках и стежках. Стэфан помнил, что у мальчишки были красивые светлые волосы, блестевшие на солнце, как чистое золото. Теперь же голова мальчишки была выбрита налысо, но все же, он его узнал.
Мальчишка шел с корзиной овса в руках в хлев, откуда доносились звуки ржания лошадей. Когда мальчик вошел в хлев, Стэфан влетел следом за ним. Он подлетел к нему, превратился в человека - такого же измученного и грязного, как другие жители селения. Только одежда выдавала Стэфана. Мальчик раскрыл рот и выпучил глаза, уставившись на своего короля. Стэфан быстро подскочил и закрыл рот мальчишки ладонью, чтобы тот не закричал от удивления. Затем он отвел его в дальнее стойло. Мальчишка сразу узнал короля - в его глазах зажглась надежда.
- Что здесь происходит, Кайл? - прошептал Стэфан.
- О, господин! - обрадовался мальчишка - Нам сказали, что вы мертвы. Позорно и ничтожно убиты при попытке к бегству.
- Кто это сказал?
- Советник Тавини.
- Он жив? Кому он служит?
- Тельботу Проклятому. Он разрушил и сжег город, схватил всех жителей, и заставил нас копать шахты и ковать оружие. Воинов, что выжили, он заставил служить ему, а кто отказался - казнил при всех, и их головы повесил на воротах.
Стэфан отвел глаза в сторону, сдерживая приступ ярости и тошноты.
- Куда вы отправляете выкованное оружие? - продолжил король.
- Приходят караваны горных воинов, грузят их на лошадей, и увозят вдаль. Они приходят каждые десять дней. - мальчик спохватился, хватая Стэфана за руку. - Король Стэфан, вы нам поможете? Мы мрем каждый день, а стражники требуют от нас каждый день все больше и больше оружия, истязают нас плетками, морят голодом, убивают тех, кто слищком слаб, чтобы работать.
- Я помогу вам, Кайл, слышишь меня? Я помогу! Но пока ты должен помочь мне. Иначе все пропало!
- Клянусь, король Стэфан, я помогу вам!
- Хорошо. Для начала, ты должен молчать о том, что видел меня. Понял?
- Да. Я молчу, как сухой колодец.
- Молодец. - Стэфан похлопал мальчишку по плечу. - Как давно приходил последний караван за оружием?
- Да вот только вчера все погрузили и уехали прочь.
Стэфан кивнул.
- Теперь скажи мне, где королева Мэрэдит? Она жива?
- Говорят, ее видели в развалинах тюремной башни, где она заточена, как в темнице, ибо выбраться можно только сбросившись с башни на руины города. А советник Тавини приносит ей иногда еды, чтобы она не умерла от голода.
В хлев вошел стражник. Мальчик испугался и обернулся. Но Стэфан, заранее услышав тяжелые шаги, превратился в ворона когда стражник показался в дверях хлева.
- Что ты здесь стал, у тебя нет работы? Что ты нашел? - грозно крикнул стражник, приближаясь к мальчику. Из-за пояса стражник достал нож.
- Я... - заикался мальчишка - просто я...
Стэфан вспорхнул и, пролетев по хлеву, сел на деревянную балку над входом.
- Я услышал шум, когда пришел кормить лошадей. Пошел посмотреть, не прячется ли кто в хлеву, и увидел этого ворона.
- Работай. - строг велел стражник, и, спрятав нож за пояс, вышел из хлева.
Кайл облегченно выдохнул и маска напряжения на его лице сменилась любопытством. Стэфан облетел хлев еще раз, и вылетел следом за стражником, оставив Кайла, удивленно глядящего ему вслед, одного. Стэфан помчался прочь, как можно дальше от руин Бессара, напряженно размышляя по пути обо всем увиденном и услышанном.
Как быстро Стэфан кружил над лесом, так быстро кружились мысли в его голове, затуманивая рассудок, пробуждая в нем звериную ярость. Не в силах более справляться с действием яда в его крови, проснувшегося в нем от чувства злобы, которое испытывал Стэфан, он приземлился. Он опустился на край пропасти. Он понял, что это та самая пропасть Василиска, о которой говорила ему Аларет. Эта пропасть казалась ему краем мира - огромная, бездонная, необъятная пропасть. Словно древнее животное, разверзнув рот, скончалось, так и оставшись на веки лежать в своей могиле с зияющей пропастью своей пасти. Над пропастью даже облака боялись проплывать.
Стэфан принял облик человека и ступил на самый край пропасти Василиска. Несколько камешков, сбитых его ступнями, упали вниз, и бесследно пропали в черноте. Из пропасти словно вынырнуло что-то зловещее и взглянуло на Стэфана. Его бросило в жар, его тело сжалось, а из груди вырвался крик, неистовый, звериный рев. Он, наконец, понял, что задумал Тельбот. Стэфан попятился. Еще немного - и он сорвался бы в черную бездну. Он упал на колени, сжимая камни и песок под своими ладонями. Через несколько мгновений он почувствовал острое покалывание и увидел, как песок под его руками покраснели от крови. Внезапно все встало на свои места, занавес пала, и он увидел всю картину целиком.
Вороном он вновь взлетел в небо и полетел к городу дриад. К его возвращению сумерки опустились на Лес. Дриады мирно готовились к ночному отдыху после ужина. Никто не обратил внимания, что он вернулся или заметил, что отсутствовал на ужине. Стэфан сразу же направился в храм. Он был встревожен и растерян. Стэфан старался удержать в мыслях то, что собирался сказать хранительнице, и боялся забыть это, отвлекаясь не что-то постороннее. Хранительница была на своем месте, у очага позади статуи древней богини. Хранительница ничуть не удивилась его появлению.