– Доказательство того, что моя дочь ни в чем не виновата.
– Но когда вы решили сохранить эту машину, вы еще не знали, что Дашу будут в чем-то обвинять, – заметила профайлер.
– Верно, тогда я сохранил автомобиль, чтобы напоминать Даше и другим моим детям о том, как важно водить аккуратно. Но потом начались угрозы, преследование… Теперь я рад, что принял такое решение. Хотя бы вы будете уверены, что мою дочь обвиняют без причины!
Ростов, надо отдать ему должное, ни разу не высказал недовольства по поводу того, что к нему не явился Николай Сергеевич Форсов собственной персоной. Видно, хватило ума понять, что его могли послать подальше даже с его деньгами. Но и при таком уме он позволял себе определенную наивность: он искренне верил, что машина что-то доказывает.
А она не доказывала ничего, и если бы на месте Таисы оказался Форсов, он бы подумал то же самое.
Трагедия произошла больше трех месяцев назад. Автомобиль принадлежал Роману, но за рулем находился не он – он как раз оказался далековато от собственного имущества, на другом континенте. На суде Ростов заявил, что не знал о намерении дочери взять его машину. Ничего другого он сказать и не мог, не признаваться же, что он разрешал несовершеннолетней девушке гонять на спортивной иномарке! Однако от профайлеров он правду не скрывал, сразу признался: он вообще купил эту машину для старшей дочери, Даши, сам предпочитал массивный внедорожник. Дарья же водила машину с шестнадцати лет и просто дожидалась, когда ей выдадут права. Таиса не стала уточнять, кому Ростов приплачивал за то, что на покатушки его наследницы закрывали глаза, тут уж пусть полиция разбирается.
Водила Даша уверенно, даже нагло – как это часто бывает с подростками, не заплатившими за машину ни копейки. Но, надо отдать ей должное, справлялась она неплохо и ни разу не попала в аварию. О том, что у нее есть машина, знали все ее друзья, и она с удовольствием их катала, если было настроение.
Так что трагедии действительно никто не ждал… Но она любит приходить без приглашения.
Даша задержалась на вечеринке в клубе – конечно же, только для совершеннолетних, и конечно же, полной молодняка разных возрастов, от четырнадцати до двадцати. Родители не возражали против того, чтобы дочь бывала на таких тусовках, однако с единственным условием: если она берет машину, то пить не должна. Даша прекрасно знала, что с отцом шутить куда опасней, чем с законом, и подчинялась безукоризненно.
Только вот это ей не помогло. Она была трезва той ночью – и все равно попала в жуткую аварию. Март в этом плане опасен: тепло весны заставляет забыть о скользких дорогах. Днем все было неплохо, и Даша расслабилась, а вот в пять утра, когда она возвращалась с вечеринки домой, ударили морозы, машину повело. Девушка пыталась удержать управление, но напрасно, все произошло за секунду, автомобиль сначала налетел на стену какого-то склада, отскочил в сторону, снес фонарь и только там остановился, почти разорванный пополам.
Даша выжила, а вот ее спутники нет. Той ночью погибли бойфренд девушки и его друг, напросившийся на то, чтобы его отвезли домой – хотел сэкономить на такси… Парни умерли мгновенно, Дашу защитила круговая система подушек безопасности и крепкий корпус автомобиля. Девушка все равно не осталась невредимой: она получила перелом позвоночника, рваные раны по всему телу и настолько раздробленную кость правой ноги, что хирурги всерьез подумывали об ампутации, но обошлось.
Уже это стало для семьи грандиозной бедой, однако, как выяснилось, не последней. Даша провела в больнице несколько месяцев, а когда она вышла, оказалось, что многие винят ее в случившемся. Причем кто-то ограничивался отказом от общения с девушкой, а кто-то переходил на откровенные угрозы и оскорбления.
– Мой ребенок едва не погиб, – жестко произнес Руслан. – Она потеряла человека, которого действительно любила, ей и так тяжело. А теперь ей еще и не дают покоя, хотя реабилитация не завершена!
– Я вам очень сочувствую и все же не могу не спросить: почему вы обратились именно к профайлерам? Не самый банальный выбор, многие просто отправили бы дочь к психологу.
– Она ходит к психологу, конечно, и ваша задача не в том, чтобы помочь ей! Даша сильная, она и так справится. Мне нужно, чтобы вы разобрались со взрослыми. К сожалению, глупости подростков повлияли и на старшее поколение: родители погибших парней открыто обвиняют мою дочь, грозят судами… Эта история должна закончиться, а она затягивается.
– Мы все равно говорим о работе полиции, – настаивала Таиса.
– Так полиция пусть работает, кто ж ей мешает! Мне нужен человек с авторитетом, разбирающийся в криминальной психологии… Способный объяснить этим людям, что моя дочь – не убийца! Она тоже жертва… Я стал искать такого специалиста, мне рассказали о Николае Форсове.