Испанию захватили быстро и были остановлены уже за Пиренеями, на Луаре и Роне...
В течение нескольких столетий сирийцы были терпеливыми учителями арабов.
В сирийских школах вчерашние кочевники, раскинувшие свою державу на трёх материках, впитывали эллинскую высокую культуру — философию, медицину, алхимию и географию...
Арабы проявили себя весьма сообразительными учениками и скоро превзошли своих учителей.
Арабы развили и усовершенствовали полученные античные знания, чтобы спустя много столетий передать их латинскому Западу.
Прошло всего лишь полтора столетия после возникновения халифата, и вот уже высокообразованная империя стала отдавать предпочтение культурным контактам с арабами, нежели с грубыми и варварскими западными королями.
Особенно сближали греков и арабов общие принципы управления государствами — христианская монархия у греков, исламская монархия у арабов...
Схожие ритуалы и церемонии, схожие цели внешней политики...
И так же, как Византия боролась с еретиками-павликианами, халифат пытался искоренить ересь исмаилитов.
В то время ересь была едва ли не единственной формой проявления инакомыслия, присущего любому обществу.
Свободная философская мысль была загнана в подполье и выглянула из него лишь во второй половине IX века.
Основателем идейной концепции был Абдулла ибн-Маймун.
Родом — перс из Мидии, по профессии — глазной врач. Умер он в 874 или 875 году.
Его сторонники называли себя исмаилитами.
Главной целью было разрушение ислама.
Видимая сторона учения была проста и находила отклик в массах народа: безобразия этого мира исправит махди, то есть спаситель человечества.
Подобная проповедь легче всего воспринимается в тяжёлые времена, а надо заметить, что IX век был довольно жестоким...
Мятежи и отпадения эмиров, восстания покорённых племён на окраинах, бесчинства наёмных войск и произвол бюрократии, поражения в сражениях с Византией и растущий фанатизм мулл ложились на плечи крестьян и городской бедноты...
Ну почти как в Византии — одни и те же проблемы!..
Но были и различия.
Государственное устройство Византии не позволяло чиновникам заниматься ни торговлей, ни иной деятельностью, приносящей прибыль.
Однажды император Феофил заметил, как в гавань Буколеон входит торговое судно, и поинтересовался: что за купец осмелился пристать к царскому причалу?
Императору живо донесли, что судно загружено шёлком, а владелицей груза является сама василисса Феодора.
Разгневанный Феофил приказал немедленно сжечь хеландию вместе с товаром, ибо не пристало людям благородным и знатным заниматься столь низким делом, как торговля!
И хеландию сожгли на радость толпе.
Зато мусульманское право признавало торговлю полезным занятием. Нелишне напомнить, что и сам Мухаммед, основатель ислама, был вначале купцом.
Базарган — так у них назывался купец, ведущий крупную иногороднюю или даже иностранную торговлю, — пользуется уважением не меньшим, а подчас даже и большим, чем высокопоставленный чиновник халифа...
Даже среди вельмож бытовала страсть к наживе и отнюдь не считалась зазорной — один эмир, кажется, его звали Исмаилом, за десять тысяч дирхемов купил участок земли и в первый же год после покупки сумел продать с купленного участка камыша на такую же сумму!
Камыш у них в большом ходу, они строят из него жилые дома и постоялые дворы, караван-сараи и конюшни...
Исламские законодатели устанавливали такие правила для совершения торговли: во-первых, продаваемая вещь должна быть известна покупателю и обязательно быть полезной. Во-вторых, запрещались фьючерсные сделки — продажа несобранных плодов, зерна на корню, несостриженной шерсти и т. п.
В теории исламские законоведы не допускали мысли об извлечении прибыли из торговли и считали, что при купле-продаже оба участника сделки оказывают друг другу взаимную услугу...
Как и в христианстве, ростовщичество почиталось смертным грехом.
И христиане и мусульмане своими догматическими запретами способствовали только тому, что экономика развивалась уродливо, а финансовые операции постепенно сосредоточились в руках иудеев.
Духовные сокровища античного Знания от греков незаметно перешли к сирийцам и арабам.
Сирийцы учились в Константинополе и Александрии, в Антиохии и Бейруте. Философия и медицина, естественно-научные знания и юриспруденция жадно усваивались потомками степных погонщиков верблюдов.