И я ждала. Похоронили бабушку, как и положено, на третий день. Я часто приходила на кладбище в то время. Наступили холодные, морозные дни. Деревья в белой бахроме трещали от стужи, а сердце словно застыло от невозможности изменить настоящее. Я стояла на могиле и тихо шептала:
- Бабуля, что же ты не подаешь мне никакого знака? Ведь мы же договаривались, что ты придешь, не забудешь меня, навестишь.
Слезы лились из моих глаз прямо на снег, но разве могут цветы победить суровую неизбежность зимы? Ответа не было. Я навсегда осталась одна. Вернувшись домой, упала ничком на кровать, накрылась с головой одеялом и долго, мучительно прорыдала целый вечер. Обессилев от слез, я сама не заметила, как провалилась в глубокий, обволакивающий сон.
- Просыпайся, девочка. Это я.
Я вскочила с подушки и уставилась на гостью. Передо мной сидела улыбающаяся бабушка, Да, это была точно она, но такая молодая, такая красивая! Ей было не более тридцати лет, а ведь умерла она ближе к ста! На ней было длинное белое платье с вышивкой, а густые золотистые волосы словно светились в сумраке комнаты.
- Бабушка! Ты пришла!
Я кинулась к ее коленям, спряталась лицом в складках платья, смеялась от неожиданного счастья. Слезы исчезли из моего сердца. Было так легко и славно сознавать, что она снова жива, что я ее действительно вижу!
- Ну конечно, моя Леночка. Здравствуй, моя родная. Наконец-то я могу поговорить с тобой. Только так и можем теперь разговаривать.
Я вскинулась, побежала за бумагой и ручкой. Пальцы мои дрожали, и я все время повторяла:
- Это же чудо, что мы можем поговорить, что я слышу тебя. Я обязательно должна все-все записать.
И я задавала вопросы, записывала, а она спокойно отвечала, словно никуда уже не торопилась. Я слушала эту подробную, детальную лекцию об устройстве мироздания и поражалась, как много она знает, как развернуто и уверенно отвечает. А ведь прожила всю свою жизнь в деревне, образования совсем не имела. Откуда такие познания? Я искренне восхищалась:
- Бабушка, как много ты знаешь! Кто тебе об этом рассказал? Где ты сейчас живешь?
- Живу в небольшом белом доме с голубыми ставнями. В нем всегда светит солнце и много цветов. И да, там по-прежнему растут наши любимые ситчики. Куда же я без них? Хожу в школу, учусь, вспоминаю прошлое. Я ведь так много забыла при жизни. Надо восполнять пробел. Как только припомню – сразу пойду работать.
- Работать? Куда?
- Еще пока не решила. Но точно знаю, что только туда, где будет хорошо моей душе. Работа без любви подобна тюремному заключению, верно? Мы выбираем лишь то, что действительно важно и нужно. Здесь мы не теряем время на всякие ничтожные глупости.
- А как понять, глупость это или нет?
- Это легко. Когда плывешь против течения – тебе становится тяжело. Главное, выбрать правильный ключ.
- Ключ?
- Да, именно. Иногда в школе мы ходим к воротам, перебираем огромные связки ключей. Рано или поздно дверь обязательно откроется. Но ключ всегда один. Только он поможет человеку настроиться на определенный уровень сознания и получить доступ к более глубоким сторонам понимания мира. Ключ навсегда закрывает наши страхи и сомнения. Просто знай о том, что все твои слабости закрыты на замок, а ключ только у тебя. Твой собственный путь к просветлению.
- Тебе нравится перебирать ключи целыми днями?
- Да, нравится. Мне здесь все очень нравится. Я действительно счастлива и свободна.
- А религии? Ты узнала, какая из них единственно правильная?
Бабушка опять улыбнулась. Глаза ее устремились в небо.
- Поверь мне, все не так, как мы себе представляем. Нет ни христианства, ни ислама, ни буддизма, ни иудаизма. Есть только единый источник, всеобъемлющий свет, из которого мы все состоим. И все мы – части единого целого. Но это только в школе. Пока мы ученики, мы пребываем в уютном, мягком свете, как в утробе матери. Но есть нечто за пределами этого теплого кокона. Я это твердо чувствую, я почти близка к разгадке. Свет - это приманка для души, чтобы она снова вошла в цикл перерождения, не осознав своей истинной природы. Когда бабочка бездумно летит на свет, она автоматически соглашается на новый контракт, на новую жизнь в ограничениях, забывая, кто она на самом деле. Ведь так легко потерять себя в праздной неге.
- А ты? Что решила ты?
- Я не тороплюсь. Я думаю. Я все еще подбираю ключ.
В окно скользнул утренний луч солнца, и я медленно открыла глаза. Я снова проснулась, а бабушки рядом уже не было. Осталось только послевкусие гармонии и умиротворения, которые я ощущала в процессе этого разговора. Сон закончился, но сохранилось нечто за пределами ночного забытья, нечто, что безмолвно взывало к вечному возрождению. На стуле рядом с диваном лежал ярко - малиновый цветок. Он горделиво отрицал забвенье, утверждая вечную жизнь.