Внезапно она дёрнулась вправо, и девочка, готовая сорваться в любую секунду, бросилась прочь, но зацепилась босой ногой за выступавший над землёй корень, вскрикнула и упала. Ирина Григорьевна вмиг оказалась подле неё и не дала той встать, легонько надавив ей ладонью на спину, у девочки совсем сил не осталось, чтобы сопротивляться, и она затихла, обречённо ожидая свою участь.
– Я тебя не обижу, – тихонько пообещала колдунья и осторожно убрала свою руку. – Давай я тебе помогу.
Колдунья бережно перевернула девочку – та почти ничего не весила, настолько тощей она была. И эти бездонные глаза… В них отражалось звёздное небо, хоть сейчас оно и скрылось за кронами деревьев. Ирина Григорьевна могла бы поклясться, что видит крошечные огоньки звёзд в глазах девочки. Таких серьёзных, испуганных и по-взрослому внимательных.
– Я тебя не обижу, – повторила колдунья и ласково ей улыбнулась. Сердце сжималось от одного взгляда на измождённую дикарку. А таковой она и выглядела: волосы растрёпаны, вместо одежды лохмотья, ноги босы. Но не чумаза и, кажется, ни единой царапины или синяка. Во всяком случае при первом беглом осмотре, но кто знает, что скрывается под всем этим тряпьём. – Меня зовут Ирина Григорьевна. А тебя?
Девочка не торопилась отвечать и изучающе смотрела на неё.
– У тебя есть имя? – Колдунья помогла ей сначала сесть, а затем и встать, но она пошатнулась и скривилась от боли. – Ногу подвернула? Вот же напасть! Но ничего, сейчас что-нибудь придумаем! – Ничего, чем бы можно было замотать пострадавшую лодыжку, не было, поэтому Ирина Григорьевна оторвала достаточный кусок от нижней юбки. – Давай сюда ногу, лечить тебя будем!
Колдунья присела перед девочкой и начала заматывать кусок ткани вокруг её лодыжки, дикарка стояла неподвижно и не спускала со странной барыни своих удивительно взрослых глаз.
– Полина…
– А? – Ирина Григорьевна задрала голову, чтобы посмотреть девочке в лицо.
– Меня зовут… Полина.
– Какое красивое имя! – заулыбалась колдунья и встала, закончив с перевязкой. – Что ж, Полина, будем знакомы. Ты потерялась? Куда тебя проводить?
Девочка ответила не сразу, оценивая новую знакомую и решая, можно ли ей доверять.
– Я… тут живу. В лесу.
– В лесу? – округлила глаза Ирина Григорьевна. – Одна?
– Теперь одна. Моя наставница… – Полина сглотнула. – Умерла.
– Соболезную... А у меня муж недавно умер. И я теперь тоже одна. Пойдёшь со мной, Полина?
– Куда? – ахнула девочка и в страхе отпрянула.
– Ко мне. У меня жить будешь. Мне как раз помощница нужна. – Ирина Григорьевна придумывала на ходу, она отчего-то не сомневалась, что должна забрать эту девочку с собой. Возможно, она всё себе придумала, но ей казалось, что Полину прислал ей с небес муж, чтобы ей не было так одиноко.
– Нельзя, нельзя мне к тебе, барыня! – замотала головой девочка.
– Это ещё почему?
– Ведунья я! – выпалила она.
– Ведунья? – Ирина Григорьевна посмотрела на неё с недоверием.
– Я докажу. – Полина присела на корточки и положила ладони на покалеченную ногу, в лунном свету туман, струившийся из её рук, выглядел поистине впечатляюще. Совсем скоро он остановился и исчез, а девочка размотала ногу, встала и показательно попрыгала на месте. – Больше не болит.
«Так вот почему у неё никаких синяков и ссадин!» – с восхищением подумала колдунья. Она и раньше встречала ведуний, но не таких юных, да и тех видела лишь издали – негоже колдунам иметь дело со всякой нечистью, как учили родичи, но ей всегда хотелось познакомиться с ними, поговорить, посмотреть, на что они способны. И вот представилась великолепная возможность. Разве её можно упустить?!
– Ничего себе! Это же замечательно! Совсем-совсем не болит?
– Барыня? – Полина смотрела на неё, как на помешанную. – Ты же барыня! Ты же колдунья! Все барыни колдуньи!
– Колдунья, – радостно подтвердила она. – И что с того?
– Как… что?.. – Полина хлопала глазами. – Колдуны убивают ведуний…
– Что? – Ирина Григорьевна мгновенно посерьёзнела. Да ведуний, мягко говоря, недолюбливали, но… – С чего ты взяла?