Факт же того, что здесь магический запас заполняется прямо-таки с молниеносной скоростью, зависящей от мудрости мага, сильно обескураживал искина. Ведь, по его словам, мудрость — это довольно абстрактное понятие и измерить мудрость того или иного человека в каких-либо единицах не представляется возможным. Это всё равно, что мерить удачу. На этих словах я чуть не заржал. По его словам, в привычном мире псионы могли восстанавливать свой запас со скоростью в десять раз меньшей, да и то, при условии медитации, в случае же обычного заполнения, этот показатель уменьшался ещё раза в три. По этой причине в цивилизации искина так ценились маги-заряжальщики. Те, у кого естественный прирост маны был выше среднего показателя. Понятное дело, что с ростом самого псиона в навыке оперирования энергией его прирост увеличивался, но это не значит, что каждый стремился пойти в заряжальщики. Наоборот, ведь магия таит в себе столько неисследованного. И выявить закономерность зависимости прироста магии от чего-либо псионы того мира так и не смогли. Только общее понимание — чем выше средний уровень знаний по всем дисциплинам, тем выше скорость восстановления маны, но это если брать усреднённые показатели. Если же брать природных заряжальщиков, то они вообще выпадали из привычной картины их мира. Единственным непреложным фактом о природных заряжальщиках было то, что дар псиона у них обнаружили очень поздно, не ранее сорока лет. Этот факт очень чётко ложился на местную теорию о мудрости, но искин её в упор не признавал. Он вообще был довольно упрям в плане признания местных реалий. Считал местных чуть ли не туземцами с острова тумба-юмба и все их заслуги отказывался признавать наотрез, называл случайными исключениями из правил. Интересно, откуда такое упорство? Заложено изначально или сформировавшееся мировоззрение?
Внезапно его очень возбудило упоминание магических книг, в частности конструктора заклинаний. А когда я упомянул, что к данному конструктору может прилагаться специальный артефакт, где производятся все магические манипуляции, то он чуть не взвыл! Оказывается, это было в числе унесённых из корабля вещей, разработанных магами-конструкторами, которые годами могли высчитывать оптимальную структуру сложных заклинаний. И после этого он даже как-то умудрился выдать мне уникальное задание принести данные артефакты ему, несмотря на все его отрицания системы! Разумеется, выполнять я это задание даже и не собирался, несмотря на наличие у меня обеих вещей и более чем щедрую награду из плюс пятидесяти уровней и пяти тысячи очков основного класса. Хотя на секунду прочитанная надпись о награде поколебала мою уверенность, но нет! Да, награда постине царская, но не для того, знаете ли, было приложено столько труда по добыче конструктора и потрачено такая прорва нервов и средств на покупку лаборатории. Не говоря уж об уникальности данных предметов в игре. И просто так их слить, ради уровней, которые я и так преспокойно добуду? В общем, я уговорил сам себя не отдавать артефакты. Но спустя мгновение я осознал произошедший факт. После чего я чуть слюной не подавился от возмущения самим фактом выдачи задания искином, ведь все попытки какого-либо влияния на меня через какую-то там «систему» он по-прежнему отрицал.
Что ж, тем хуже для него, он сам закрылся в своей раковине и голос разума слышать не хочет. Впрочем, поставив себя на его место, я призадумался довольно сильно. А как бы я повёл себя, если бы ко мне на улице подошёл кто-то, кто сказал бы, что видит цифровое отображение всех характеристик проходящих мимо людей. Скорее всего, я посчитал бы этого товарища психом. Так почему искин должен ко мне относиться лучше? Даже он ко мне относится ещё с уважением, я бы сказал. Даже из бластера ни разу в меня не пальнул ради эксперимента, я бы, наверное, на его месте не удержался… Хотя зачем прерывать взаимовыгодное сотрудничество из-за пустяковых экспериментов.