Проглотив язык, снова кивнула. Мне почему-то было стыдно посмотреть ему в глаза. Да и слёзы снова предательски застилали глаза. Неужели он тоже решил поиздеваться надо мной?
— Почему у тебя только один пончик? Как можно остановиться на одном, когда они такие вкусные?!
В его голосе сквозили любопытство и искренность, что я наконец повернула голову к нему. Дрейк разглядывал моё лицо с лёгкой улыбкой на губах. Он был так близко, что у меня закружилась голова от его магнетической ауры. Короткая стрижка его русых волос лишь акцентировала внимание на прямоугольном лице с выраженными скулами и угловатой челюстью. Он выглядел воистину мужественно. Я знала, что разглядывать людей неприлично. Знала я и что мы сидели слишком близко, но пошевелиться, как и отвести взгляд, я была не в состоянии.
— Потому что у меня сегодня день рождения. Я позволяю себе один пончик в год, ведь они очень калорийные, — призналась я.
— Ты ешь пончики только раз в год?! Всего один?! — повысив голос, переспросил он. Я кивнула, борясь со слезами, внезапно решившими пролиться из моих глаз.
— Я полная, как ты успел заметить. Слежу за своим питанием, но похудеть не получается. Я ведь даже по врачам ходила, чтобы найти причину лишнего веса. Гормоны в норме, я не ем жирное на ежедневной основе. Не понимаю, почему не могу похудеть.
Слова словно так и ждали, чтобы вырваться наружу. Сказав это, я зажмурилась, осознав, насколько глупо сейчас выглядела. Зачем парню-спортсмену слушать мои стенания?!
Мои размышления прервал странный звук, заставив меня распахнуть глаза. Дрейк зажег спичку и воткнул её в мой единственный пончик, а затем, покосившись на меня, лукаво улыбнулся.
— С днём рождения, Принцесса. Загадай самое сокровенное желание и задуй свою свечку, — улыбнувшись, он подмигнул мне.
Все звуки стали приглушенными, словно я попала под воду, и только стук собственного сердца оглушительно барабанил в ушах, напоминая мне, что я всё ещё живу в этой реальности. Никто и никогда не делал для меня подобного. Вроде такой простой жест, но он тронул меня до самого сердца.
Каждый год я загадывала одно и то же, но в этот раз почему-то первая мысль, пришедшая на ум, была далека от желания похудеть.
Зажмурившись, я задула свечку-спичку.
— Умница! А теперь покорми меня своим праздничным пончиком. Я нежадный, поэтому в твоём распоряжении он и целая коробка в придачу, — прошептал Дрейк, развернув мой стул так, что теперь мы касались коленями.
Загипнотизированная его взглядом и голосом, я взяла пончик, предварительно вытащив спичку, и поднесла к его губам. До меня донеслись истеричные возгласы с соседнего столика, однако Дрейк вёл себя абсолютно непринуждённо, не замечая никого вокруг или не придавая этому особого значения. Я почувствовала себя центром его Вселенной, что само по себе звучит безумно. Ещё пару недель назад я даже не знала этого парня и не искала возможности познакомиться с ним или любым другим популярным экземпляром в этих стенах. Но на день рождения возможны чудеса, правда же?!
Откусив пончик, Дрейк издал такой сексуальный звук, похожий на рычание со стоном, что у меня волоски на коже встали дыбом.
— И сколько же тебе исполнилось? — облизнув губы, уточнил он.
— Девятнадцать.
Еле заметно кивнув, он скептически приподнял свою тёмную бровь.
— Я что-то не вижу стремления разделить со мной праздничную трапезу. Не отставай, Принцесса.
В очередной раз тряхнув своей гривой, я откусила пончик. Когда ты исключаешь любые сладости (читай радости) из жизни, то единственный день в году, единственный приём пищи, когда ты приоткрываешь шлюз наслаждения, – отчаянно бьёт по мозгам, рецепторам и вообще всему организму. Кажется, что ничего вкуснее в жизни не ела и не съешь.
Наблюдая за мной, Дрейк внезапно нахмурился. Очевидно, он всё-таки слышал все комментарии с соседнего столика, которые в данный момент изобиловали словами типа «Фу», «Жирная всё-таки сожрала пончик», «Троглодит» и прочее. В любой другой ситуации я бы уже отложила своё лакомство, но не сейчас. До следующего момента, когда я снова позволю себе подобное, осталось 364 дня. Тем не менее сладость моего лакомства была приправлена горьковатым привкусом обиды.
— Ты меня совсем не знаешь, но я прошу лишь одного – подыграй мне или хотя бы не бей меня по морде сразу после, — вдруг предостерёг он игривым голосом, и в следующее мгновение его огромная ладонь обхватила мою и поднесла к его губам остаток пончика. Обхватив его губами, он приблизился ко мне, пока его вторая ладонь коснулась моей щеки. От внезапного прикосновения и того, как приятно оно показалось, я замерла. Не разрывая зрительного контакта, Дрейк провел кончиком пончика, торчащим из его рта, по моим губам и слегка надавил, что мне пришлось приоткрыть губы.