Психический склад нации содержит в себе некоторые относительно устойчивые черты, национальные особенности и традиции, передаваемые из поколения в поколение путем воспитания в труде, в быту, в семье и школе. Эти относительно устойчивые черты накладывают свою печать на физиономию нации, составляют специфику, особенность ее психического склада, или национального характера, на данную историческую эпоху.
Психический склад нации определяется условиями ее материальной жизни, особенностями всего предшествующего исторического развития данной нации. Исторически сложившиеся черты характера, присущие всем представителям данной нации, у различных классов этой нации видоизменяются в соответствии с различными условиями бытия этих классов. Маркс и Энгельс отмечали, например, что национальной чертой англичан и американцев, в частности их буржуазной интеллигенции, является практицизм, тогда как для немецкой буржуазной интеллигенции до революции 1848 г. была характерна особая склонность и любовь к абстрактной теории и идеалистической философии, оторванной от практической жизни. Эти черты так или иначе нашли свое выражение и в развитии английской и немецкой национальной культуры, философии, литературы, искусства в конце XVIII и в начале XIX в. Особенности национальных форм культуры в свою очередь оказывали обратное влияние на последующее развитие нации и национального характера.
Но чем объясняются национальные особенности самого культурного прогресса? Метафизики выводили их из якобы неизменной «природы» нации, идеалисты типа Гегеля — из национального духа, расисты — из «расовой крови и души». Но все эти «теории» не имеют ничего общего с наукой. Только марксизм дает правильный ответ на поставленный вопрос. Особенности психического склада, особенности развития культуры всецело обусловлены историческими особенностями экономического и политического развития нации. Своеобразием исторического развития нации определяется своеобразие психического склада как отдельных слоев и классов, из которых состоит нация, так и всей нации в целом.
Критика идеалистических определений нации
Реакционная, буржуазная социология рассматривает нацию идеалистически и метафизически как нечто вечное, неизменное, существующее независимо от исторических условий, времени и пространства. Этот взгляд на нацию проповедуют и разные ревизионисты, реформисты, националисты, выдающие себя за социалистов, демократов и даже «марксистов».
Теоретики австрийской социал-демократии О. Бауэр и К. Реннер (Шпрингер) утверждают, что единственный признак нации — это «национальный характер», а все остальное — лишь «условия» развития нации, а не ее признаки. Подходя к определению нации с идеалистических позиций, Бауэр и Реннер сводят нацию к явлениям со-знания, к духовной жизни, игнорируя такие условия материальной жизни, как общность территории и экономической жизни, составляющие основу развития нации. По Реннеру, «нация — это союз одинаково мыслящих и одинаково говорящих людей» или «культурная общность группы современных людей, не связанная с землёй». По этой теории, люди, разобщенные веками территориально и экономически, но имеющие «культурную общность», могут составлять одну нацию. Теория Бауэра и Реннера является не только идеалистической, но и националистической, ибо она замазывает классовые антагонизмы внутри нации, проповедует «единство» между эксплуатируемыми и их эксплуататорами, т. е. подчинение первых вторым. По этой «теории», немецкие рабочие должны «мыслить одинаково» с немецкими капиталистами, раз они составляют одну нацию.
По Бауэру, не только общность территории и экономической жизни, но и общность языка не есть необходимый признак нации. Согласно теории Бауэра, евреи, живущие в США, в Европе и других частях света и говорящие на языках тех наций, среди которых они живут, тем не менее составляют одну нацию. Вместе с другими буржуазными социологами он смешивает понятие нации с понятием племени, расы, с религиозными и бытовыми особенностями тех или иных народностей. Евреи имеют общность происхождения от еврейского народа, жившего в древности в Палестине. Но живущие в разных странах среди разных народов евреи не составляют особой нации, поскольку они не имеют общности языка, территории, экономической жизни, а говорят на языке тех народов, среди которых живут общей с ними экономической и культурной жизнью. Они могут быть отнесены лишь к национальным группам, национальным меньшинствам, вкрапленным в инонациональные компактные большинства.