Тактика есть низшее звено военного искусства и имеет дело с отдельными боями и сражениями, с формами и способами борьбы. Оперативное искусство использует тактику как средство решения задач операции боем.
Оперативное искусство и тактика должны исходить и исходят из задач и возможностей стратегии. В свою очередь и стратегия обязана считаться с возможностями оперативного искусства и тактики и ставить им посильные задачи. Стратегия, оперативное искусство и тактика дополняют друг друга, взаимодействуют между собой, но руководящая роль всегда остается за стратегией. И. В. Сталин пишет: «Искусство ведения войны в современных условиях состоит в том, чтобы, овладев всеми формами войны и всеми достижениями науки в этой области, разумно их использовать, умело сочетать их или своевременно применять ту или иную из этих форм в зависимости от обстановки» (там же, стр. 168-169).
Советское военное искусство выдержало испытания второй мировой войны и показало свое полное превосходство над военным искусством империализма. Советская Армия показала такие классические образцы военного искусства, как Сталинградская, Корсунь-Шевченковская, Кишинёвско-Ясская, Белорусская и Берлинская операции окружения и полного разгрома немецко-фашистских войск. Эти образцы советского военного искусства навсегда вошли в анналы истории и затмили собой все «канны» и «седаны».
«...Стратегия Советского Главнокомандования в период Великой Отечественной войны,— говорил маршал Советского Союза Н. А. Булганин,— отличалась операциями невиданного размаха, исключительной целеустремлённостью, тщательным и всесторонним обеспечением предпринимаемых операций, умением находить новые формы и способы борьбы с тем, чтобы они наиболее полно отвечали задуманным целям, сложившейся обстановке и были бы неожиданными для противника». (Н.А.Булганин, Тридцать лет Советских Вооружённых Сил, Госполитиздат, 1948, стр. 13).
Напротив, немецкая военная стратегия потерпела полное банкротство в двух мировых войнах. Военная стратегия германского империализма строилась авантюристически, в отрыве от объективной обстановки, без реального учета своих сил и сил противника. Произвол и субъективизм пронизывают немецкую военную идеологию, которая рассматривала стратегию как «систему подпорок» в руках «всемогущей» воли полководца. Авантюризм немецкой стратегии вытекал из авантюристической политики германского разбойничьего империализма, который стремился к сумасбродной цели — мировому господству и ставил перед военной стратегией непосильные для нее задачи. Что касается немецко-фашистской тактики, то она сводилась к выполнению заученных уставных приемов и правил без творческого их применения к конкретным условиям ведения боя. Военное искусство фашистской Германии, пренебрегавшее законами наступления, потерпело полный крах.
Сталинская стратегия ведения войны и гибкая тактика советских войск показали свое полное превосходство над фашистской стратегией и тактикой. Советское военное искусство научно разрешило основные вопросы современной наступательной и оборонительной операций, заново разработало и применило такой замечательный вид боевых действий, как контрнаступление, когда советские войска в активной обороне изматывали и обескровливали наступающего врага, а затем наносили ему контрудары, перерастающие в общее и решительное контрнаступление. Советское военное искусство руководствуется сталинскими законами наступления, которые требуют не огульного продвижения вперед, а наступления, сопровождающегося закреплением завоеванных позиций, перегруппировкой сил сообразно с изменившейся обстановкой, подтягиванием тылов и подводом резервов. Знание этих законов и умелое их осуществление было одним из важнейших преимуществ советского военного искусства в войне против фашистской Германии.
Вторая мировая война подвергла испытанию и военное искусство англо-американских войск. Война показала, что военное искусство англо-американских войск не вышло за рамки военного искусства периода первой мировой войны и продолжает находиться в тупике. Для англо-американской военной стратегии характерно крохоборство, узость кругозора, медлительность действий, ограниченность размаха замыслов. Классовые реакционные политические соображения правящей империалистической клики определили характер и направление англо-американской военной стратегии. В проводимых операциях и тактических действиях англо-американских войск не было ни творческого порыва, ни решительного наступательного духа, ни инициативы. Однообразие форм и способов борьбы свидетельствует о немощи и ограниченности военного искусства англо-американских войск.