Колхозы уже превратились в основного производителя не только хлеба, но и сельскохозяйственного сырья, всё более занимают основное место в области животноводства и т. д. Колхозы дают значительный рост производительности труда по сравнению с единоличным хозяйством. Колхозное хозяйство тем самым превратилось в центральную фигуру нашего земледелия; роль единоличного хозяйства становится второстепенной. Таким образом с значительной частью среднего крестьянства, уже вступившего в колхозы, происходит изменение самой его экономической, классовой сущности: изменяется положение колхозного крестьянства в процессе производства и в производственных отношениях, изменяется отношение этой части бывшего среднего, ныне колхозного крестьянства к средствам производства, изменяется и роль его в общественной организации труда. Это изменение идёт по линии уничтожения классовых различий между крестьянином и рабочим. Поскольку производственную кооперацию крестьянства мы рассматриваем как один из видов социалистического хозяйства, постольку и колхозное крестьянство теряет уже прежнюю свою двойственную природу труженика и собственника и значительно приближается уже к пролетариату.
Великий перелом в нашем развитии состоит в том, что крестьяне-колхозники — это уже не крестьянство в старом смысле этого слова. Ряд важнейших классовых черт, которые были характерны для основной массы крестьянства до «великого перелома», которые давали нам основание говорить о среднем крестьянстве как о классе, а, именно, черты «по их месту в исторически определённой системе общественного производства, по их отношению (большей частью закреплённому и оформленному в законах) к средствам производства, по их роли в общественной организации труда, а следовательно по способу получения и размерам той доли общественного богатства, которой они располагают» (Ленин) — к настоящему моменту существенно изменились.
Раньше бедняк и середняк-крестьянин занимали место в исторически определённой системе общественного производства, т. е. в данном случае в условиях переходного периода и диктатуры пролетариата как представитель мелкого товарного хозяйства, как носитель частной собственности на орудия и средства производства, в отличие от пролетариев, строящих хозяйство на основе коллективной государственной собственности на орудия и средства производства. Теперь крестьянин-колхозник представляет собой класс, место которого в системе общественного производства существенным образом изменилось, поскольку и он является ныне носителем одной из форм социалистического хозяйства, кооперативной собственности на основные орудия и средства производства.
Раньше основная масса крестьянства благодаря определённым отношениям к средствам производства, роли в общественной организации труда и вытекающим из этого отношения способам и размерам получения доли общественного дохода находилась в таком отношении к пролетариату, в котором могли проявляться известные противоречия между пролетариатом и крестьянством (по вопросам текущим, по вопросам о ценах и т. д.). С превращением крестьянина-середняка в колхозника эти противоречия в значительной степени ликвидируются, и колхозник становится прочной опорой советской власти в деревне.
Превращение «колхозника в центральную фигуру нашего земледелия» всё более включает основную массу крестьянства в русло плановой организации народного хозяйства, в русло его организованных связей с последовательно-социалистической индустрией и представляет собой гигантский шаг вперёд по линии охвата социалистическим планом всего народного хозяйства в целом. Всё это говорит о том, что вступление миллионов мелких товаропроизводителей в колхозы означает сбрасывание ими ряда важнейших черт их прежней классовой природы. Это означает, что уже существует коренная разница по своей классовой природе между средним и беднейшим крестьянством как классом до колхоза и крестьянством колхозным. Теперь, после успехов коллективизации, создана более прочная экономическая база для коммунизма. Победа социализма в нашей стране с точки зрения её внутренних сил полностью обеспечена. Процесс механизации сельского хозяйства в ближайшую пятилетку должен способствовать полной ликвидации всех отличий крестьянского хозяйства от городской промышленности, превращению крестьянского труда в один из видов индустриального труда и уничтожению таким путём вековой противоположности между городом и деревней.