— …
— Позаботься о моей дочке, Арараги-кун.
— Отец…
Довольно странный вышел разговор.
«Однако», — подумал я.
Наверное, она не пыталась вам досадить.
Скорее, Сендзёгахара хотела показать отцу, что она уже в порядке и, сейчас, на своё первое свидание, сама же позвала своего отца.
Не «я не стану такой, как вы».
А «больше не нужно волноваться обо мне».
Я будто услышал эти её слова.
Однако не мне это говорить. Не стоит совать нос в дела чужой семьи — думаю, у меня нет прав втискиваться меж Сендзёгахарой и её отцом.
Потому я промолчал.
Определённо вы не из тех, чья ненависть её не волнует, скорее из тех, чьей ненависти не опасается.
Мне никак не сказать.
Лишь один человек должен раскрыть это.
— Кстати, где это мы?
— Раз Хитаги не говорит тебе, то и я не могу рассказать. Но давно… мы приходили сюда несколько раз втроём.
— Втроём?..
Втроём… Сендзёгахара, её отец…
И мать?
— Выбрать это место для первого свидания, а она довольно… Ох, похоже, принцесса возвращается.
Как по-отцовски прозвучало.
Будь мы одного возраста так бы сказал, но я благоразумно воздержался.
Но Сендзёгахара возвращается?.. И правда, за лобовым стеклом показался её размеренно идущий силуэт. Ух, ещё недавно я думал, что когда она вернётся, то выскажу ей всё относительно того, что она меня бросила, но теперь она мне видится спасительным ангелом, спустившимся с небес.
Коварно…
— Прости за ожидание, Арараги-кун, — ровно проговорила Сендзёгахара, открыв заднюю дверь.
На моё состояние девушка внимания не обратила. Затем она сразу же повернулась к водительскому креслу и позвала:
— Папа. Теперь время для молодых. Спасибо, что отвёз. Думаю, мы закончим через два часа, так что можешь вернуться к работе.
— Хорошо.
Отец Сендзёгахары тут же достал мобильник. Как я и думал, похоже, её очень занятой отец лишь взял перерыв, чтобы проводить нас… а теперь продолжит работу по телефону.
Хм.
Значит… на этом отцовское сопровождение кончилось?
— Так что, Арараги-кун.
Сендзёгахара протянула мне руку. Я осторожно взял её ладонь. Затем выхожу из машины, будто она меня вытягивает оттуда.
Сендзёгахара сразу же убрала руку.
Всё-таки непоколебима.
— Спасибо, папа, — наконец поблагодарив, Сендзёгахара закрыла дверь джипа.
Ну, конечно, дело не великое… в любом случае у нас наконец настоящее свидание. Немного не по себе от того, что мы вот так вот на парковке ночью оставляем отца Сендзёгахары, который довёз нас в горы, но как никак у него работа, так что всё нормально.
— Так где это мы, Хитаги-са…
Уф.
Уже можно же.
Хотя немного жалко.
— Сендзёгахара, где мы?
— Хм.
Сендзёгахара вдруг обернулась.
— Я когда-нибудь отвечала на твои вопросы, Арараги-кун?
— …
Хотя.
Бывало же, нет?
Я что-то задумываюсь, не считает ли она меня за того, чья ненависть не волнует, раз так холодна.
— Больно ты высокого о себе мнения, раз задаёшь мне вопросы.
— Мне теперь и вопрос задать нельзя?..
— Помню, что разрешала тебе только на колени встать.
— Не собираюсь я ни на что вставать!
— Намерен пасть ниц передо мной?
— Постоять-то уже нельзя?!
Раз её отца уже нет рядом, могу говорить, что угодно.
Арараги Коёми в полную мощь.
Я шёл следом за бодро вышагивающей Сендзёгахарой. Хоть мы и в горах, но благодаря уличным фонарям с парковки не так уж и темно… Но можно ли называть их уличными, если улицы нет? Думаю, это неважно.
— Повезло, что сегодня хорошая погода.
— Хорошая погода? Это как-то связано с погодой?
— Да.
— Хм-м… Ну, мне всегда везёт на погоду.
— Да? Голову припекает?
— У тебя со слухом проблемы!
— Эй, — позвала Сендзёгахара, когда мы вышли с парковки. — Там стоит знак. Прочитай его.
— А?
Какой-то тон у неё мрачноватый… мне так кажется, хотя там, куда Сендзёгахара указала, действительно оказался знак: «Обсерватория Долина звёзд».
Обсерватория?..
Значит…
— Ой.
Правая рука Сендзёгахары схватила меня за голову, когда я рефлекторно попытался посмотреть на небо. Какой-то прямо захват. Голову никак не поднять.
— Что ты делаешь?
Как унизительно…
В моём-то возрасте схватили сверху…
— Арараги-кун, тебе пока нельзя смотреть наверх. Вперёд тоже нельзя. Опусти глаза и смотри только себе под ноги. Это приказ.
— Что за дурацкие приказы!
— Если не подчинишься, я закричу, и папа сразу примчится сюда.
— …
— Или завтра Камбару будет ждать не самая приятная судьба. Старшеклассница, пришедшая на урок в одежде детсадовца, или старшеклассница, стоящая в коридоре с плакатом на шее «я наказана, потому что была очень плохой девочкой», что тебе больше нравится?