Носилки несколько раз подскочили и встали на колесики. С раскрытым ртом я пронаблюдал, как они начали медленно плыть вперед и, достигнув склона, принялись катиться вниз по дороге, постепенно набирая скорость. Очнувшийся Тэтчер принялся в страхе орать, пока смертоносные колесики уносили его прочь.
Да... этот голос я узнаю из тысячи. Что с ним интересно случилось?
Далее из покореженного автомобиля выползли санитары и самые бодрые - которые отделались лишь ушибами и царапинами, со всех ног помчались вниз по дороге - за истерически вопящим Тэтчером.
Вся эта какофония произошла в течение пятнадцати секунд. Развернувшись к учителю, я спрыгнул с лошади и подскочил к нему, похлопывая того по щекам, пытаясь привести в чувство.
- Очнитесь, учитель! Это я! Деннис!
- Я... знаю... - сквозь сухие дрожащие губы вылетел шепот. - Это все я...
Живой!
- Что? - я нагнулся над ним, чтобы лучше расслышать что он говорит. - Что вы?
- Это все я...
- Я вам помогу! Держитесь!
Обернувшись, я увидел, что санитары осторожно достали из "скорой" труп водителя - стеклянные глаза бедняги, залитые кровью и нашпигованные осколками разбитого ветрового стекла - как и все лицо, неподвижно смотрели в небо.
Вариант со "скорой" отметается.
Зато Евлампий покорно стоял на том самом месте, где я его оставил и ждал.
Ну, это единственный шанс!
Осторожно подняв с земли стонущего химика, я уложил его поперек на спину лошади, словно мешок с песком, и в который раз удивился, сколько в Лестере силы. Затем прыгнул следом - в этот раз, намного лучше и, развернув Евлампия в сторону местной больницы, дал команду старта.
Дорога заняла около десяти минут. Распахнув ударом ноги двери больницы я, с умирающим учителем на руках, ворвался внутрь с криком о помощи. Никто не отозвался. Найдя возле входа свободные носилки, я уложил туда учителя и покатил его по коридору.
- Человека сбили! - закричал я снова. - Окажите ему кто-нибудь помощь!
- Эй, извините! - парень за стойкой регистрации отвлекся от разговора по телефону. - У нас сейчас нет свободных мест, да и записаться нужно было! У вас есть полис?
- Слышь, ты! - кровь Лестера во мне забурлила. Я протянул руку через окошко, за которым развалился в кресле паренек и, схватив того за его кудрявую шевелюру, резко дернул на себя. - Или ты сейчас же окажешь помощь этому старику, или я эту твою трубку, вместе с этим твоим полисом, тебе в зад засуну, ты понял?
Боже, как мне это понравилось!
- П-п-понял... - губы паренька задрожали, и он медленно повесил трубку. - Пойдемте за мной.
Мы прошли по длинному коридору. Учитель химии, до того, как ему диагностировали перелом лицевой кости, а также второй инфаркт, открыл глаза и с улыбкой взглянул на меня, пока каталка катила его по паркету. Он попросил меня наклониться.
И тогда он рассказал мне все. Рассказал, потому что жить ему оставалось совсем ничего.
Пока над жизнью моего учителя кропотливо колдовали врачи, на улице стемнело. Я, вновь оседлав моего послушного Евлампия, отправился по адресу химика - к его трейлеру. Ключей при нем не было, так что мне пришлось залезть в его "лабораторию" через окно, которое он никогда не запирал. Отыскав ампулу с тем самым "Элементалем", я сунул открытие моего учителя в карман комбинезона и выбрался наружу. Нужно отыскать Лестера и, все ему объяснив, вновь поменяться телами.
Да вот только если бы в этой чертовой жизни все было так просто.
Первым делом я решил поискать его, само собой, у себя дома.
По пути домой, когда до него оставалось буквально десять минут, навстречу мне пронеслась папина "хонда". Машина неслась так быстро, что я не успел разглядеть водителя, но был точно уверен - это не мой отец. Он никогда не превышал отметку в 60км в час, даже когда мы выбирались за город. Внутри меня сковало беспокойное чувство, а когда я отвел взгляд от промчавшего мимо автомобиля обратно на дорогу, то увидел, как вдалеке небо сияет оранжевым заревом. Мой конь прибавил скорости и пустился прытью, на срез - перепрыгивая невысокие заборчики соседских домов.
Мой дом горел. Мои подозрения подтвердились, и даже больше. Встав на месте я с ужасом глядел на то, как в красно-синей карусели мигалок патрульных машин, машин скорой помощи и пожарной, что пыталась потушить мой сжираемый адским пламенем дом, спасатели несли двое носилок. На этих носилках были тела, накрытые простынями, что почернели от копоти. От этих тел до сих пор исходил сизый дым. От тел моих родителей.
Глава 8. Изгоняющий священников (Лестер)
Эти ублюдки облили меня водой с ног до головы!
- Отец Майкл, - произнес встревоженный священник, то и дело теребонькая свою седую бородку. Из темноты комнаты вышел еще один... служитель Господа, мать его. Помоложе, но не менее напуганный.