"Хонда" мчалась как зверь. Уговаривать Джеймса не пришлось, слава богу. Мужик он оказался понимающий, хоть и внешне придурковатый. Но все равно все это смахивало на одно большое сумасшествие. Когда я подъезжал к выезду из города, то навстречу мне пролетел какой-то сельский полудурок верхом на коне. Конченный дурдом.
В запасе у меня было примерно полтора-два часа. Джеймса и Синтию допросят, увезут тела священников, а позже они в компании копов, а возможно и психушки, приедут за мной и Деннисом.
Ничего, ботан. Ты уже стал легендой. Как я и обещал.
Хоть для кого-то одно хорошее дело я сделал. Если пацан сейчас у Люси, то я отдам ему все свои бабки, которые хранил у моей малышки и прикажу ему валить на все четыре стороны. В Чикаго есть мои ребята, которые всегда прикроют. Сойдет ли задрот в теле Лестера за своего - вопрос.
Ухмыльнувшись своей же шутке, я резко вошел в поворот. До деревни оставалось примерно пятнадцать минут езды.
А что же касается меня? Нахрен. Со мной все давно ясно и на мне давно висит крест. Ну хотя бы не тот, что торчит из башки пьяного Донована. Бедняга...
Я сдамся полиции. Приеду к Люси, трахну ее напоследок, тем самым лишив малыша Денниса девственности, а то он до старости так и не увидит вживую женские сиськи, а затем с распростертыми объятиями отворю дверь и впущу предков Денниса с оравой копов. Пусть меня положат мордой в пол и будут хлестать дубинками, - плевать. Как я говорил в самом начале, я - животное. А такому зверю, который однажды вкусил человеческой крови, обязательно захочется вкусить ее еще раз. Пусть уж я буду кровожадным зверем в клетке, чем на воле. Слишком много в этом мире любви, а я создан для того, чтобы сеять лишь смерть вокруг. Хватит с меня.
Господи, откуда столько сентиментальности? Что со мной стало?
Долгожданный поворот. Пыльная дорога. Холм. Милый дом. Стук в дверь. Звук любимых шаркающих шагов.
- Ты еще че за хрен? - два ствола двустволки уставились в юношескую грудь. Пухлые алые губки сжимали дымящую сигарету, а хищные прищуренные глазки оценивающе оглядели меня снизу-вверх. Конечно. Сейчас я для нее какой-то хрен, но зато который безумно рад ее видеть.
- Ну здравствуй, уточка моя...
Ружье опустилось, выпало из ее рук на пол, и она сделала осторожный шаг назад, одновременно приглашая меня войти. Боже мой. Эта коротенькая розовая маечка, через которую видно, как медленно начинают твердеть ее соски и эти спортивные шортики, которые так и хотят сползти вниз от моего испепеляющего взгляда.
Я с улыбкой зашел в дом и осторожно прикрыл за собой дверь.
Пора становиться мужиком, ботан.
Глава 9. Финал, который мы не заслужили
Для кого-то закат, а для кого-то рассвет.
Bes Love.
Пока Лестер развлекался в постели с Люси, лишая тем самым девственности Денниса, Деннис мчал в сторону их маленькой деревни на своем верном коне. Горячие слезы застилали глаза и обжигали щеки, так что мальчишка в теле здоровенного мужчины не разбирал дороги.
- Так как это произошло? - спросила Люси, откинувшись на влажных простынях и закуривая "косяк".
- Понятия не имею, - Лестер потянулся от доставленного удовольствия, что аж суставы захрустели. - Просто очнулся в теле этого пацана и нихера не понимал в самом начале.
- В самом начале?
- Да, - Лестер протянул руку и ловко выхватив "косяк" из пальчиков Люси, затянулся и тут же разошелся кашлем. - Черт! Пацан же в жизни не курил!
- Дурачок, - рассмеялась Люси и ее пальцы растормошили копну волос на голове кашляющего Лестера. - Передай кстати, этому мальчику, что его ждет успех у женщин. Он сумел доставить мне два оргазма.
Я убью тебя, убью, сукин ты сын! - утирая слезы с влажных щек, думал Деннис, вцепившись в гриву лошади. Он понятия не имел, что его родители сидели в патрульной машине и пытались правдоподобно солгать полицейскому, пока тела обгоревших священников уносили на носилках. Он понятия не имел, что мама Денниса видела его, сидящим на коне в конце улицы, видела лицо Лестера, но с глазами его сына. В тот момент она окончательно поверила во всю эту историю и чуть позже расскажет об этом мужу.
А Деннис считал их мертвыми, тлеющими безжизненными телами под теми почерневшими простынями.
И он жаждал мести.
- Ты что, с ума сошел?! - Люси вскочила с кровати как ошпаренная, не веря своим ушам. - В тюрьму? Из-за этого сопляка?!
- Он тут не при чем, - спокойно ответил Лестер, глядя в когда-то белый, но ныне пожелтевший от никотина и марихуаны потолок. - Я так решил. Пока я жил в теле этого пацана, я многое понял. Что вся моя звериная ненависть ко всем людям - это травма. Мой пожизненный шрам. Моя опухоль, если хочешь так думать, от которой не избавиться.