Человек происхождения не менее благородного, чем я сам, Осирис, который смог переступить через гордость и предрассудки и подать прошение о привлечении некромантов к расследованию. Тогда я считал его безумцем. Даже выступал против, - прокашлявшись, Марсель потер горло, будто ему было больно говорить, - но не иначе, как чудом Всевышнего, большинство голосов правящих выступило за предложение этого человека. Я говорю тебе спасибо, Эрик Крейн. От своего лица, от лица каждой семьи, от лица всех некромантов, которые ступят на землю Эписа. Герой Эписа, герой Бесконечной войны. Твой отец гордился бы тобой. Достойнейший Крейн. Браво! - Марсель захлопал, а я недоуменно подняла глаза на Эрика.
Пока шум оглушающих аплодисментов раздражал слух, я пыталась понять, что происходит. Марсель не испытывал благодарности. Наоборот, произнося каждое слово, он торжествовал, предвкушая что-то. Эрик вопросительно смотрел на меня, а я покачала головой, давая понять, что еще не разобралась.
- Как не странно, дорогие друзья, герои бывают не только благородного происхождения, - смешок, прокатившийся по залу даже не зацепил меня, - Мой добрый товарищ, теперь уже партнер, глава общины некромантов, мант Назар, очень быстро ответил на прошение, предоставив двух лучших своих людей. Мы не приняли их как полагается - и это наша, друзья. Но им и не нужно было наше признание. Эти люди с несгибаемой волей шли к своей цели. Они пришли помочь - и помогли. Тем, кто презирает их, кто ненавидит и боится, - Марсель аккуратно положил Книгу на трибуну, картинно сложив руки у груди. Ресницы на прикрытых глазах дрожали, - каждый день, когда в Эпис приходит ночь, около могилы своей девочки, я взываю к Безмолвной. Прошу сил и долгих лет для бедной девочки, которая чудом выжила на Войне, чтобы предотвратить сейчас ужас, надвинувшийся на Эпис. Я молю о щедрых дарах и сытых днях, об открытых Вратах и о признании в обществе для тебя, манти Валери Крейн. Дом гордится тобой, девочка, - ухмылка в голосе была практически ощутима на пальцах, - браво, достойнейший из Рабосов! С сегодняшнего дня Валери входит в ряды Смотрящих. Ведь цель - не допускать таких катастроф больше.
Пропитанные презрением, но вежливые аплодисменты достались и мне. Поймав взгляд Марселя, я уловила довольную ухмылку. Сейчас начнется. Невольно схватив Эрика за рукав, я постаралась дышать спокойнее.
- На самом деле это история про сотрудничество, друзья. Про то, что единое равноправное общество способно творить чудеса. Побеждать в войнах, находить лекарства от болезней. Всего этого мы можем добиться лишь сотрудничая. Только что я рассказал о двух людях, ставших героями, совершенно разных, но похожих в одном, - Марсель смотрел прямо мне в глаза, не отрываясь, - у них обоих было достойное воспитание. Эрик сын моего давнишнего друга, чистейший Осирис, естественно получал самые правильные наставления с самого детства. Такие неминуемо становятся героями. Но Валери, - вздохнув, Марсель развел руками, - ребенок с гнилой кровью, воспитанный в Доме. Да, нам всегда казалось, что меры применяемые там, немного жестоки для детей. Но ведь сейчас мы видим действие этого воспитания. Сам Эрик, да и моя дочь, тоже продолжительное время провели в стенах данного учреждения. Выросли достойными людьми. Поэтому посовещавшись с некромантами, мы приняли решение, - вздохнув, Марсель глотнул воды, - во-первых, каждый ребенок со смешанной кровью, несмотря на то, признан он родителями или нет, по достижению полугодового возраста отдается в Дом, - энергия Крейна дернулась, но я успела выставить щит.
Старейший усмехнулся, заметив движение, но промолчал.
- Все образовательные учреждения благородных для блага таких детей, закрыты для них. Во-вторых. Помните! Если мы хотим добиться равноправного общества - мы должны дать соответствующее воспитание каждому! Поэтому в образование таких детей теперь включены уроки некромантии. По достижению восьмилетнего возраста, каждый Рабос проходит процедуру снятия энергии и отказа от даров Всевышнего. Ну и в-третьих, - Марсель уже даже не пытался скрывать злорадство, - в течении недели Смотрящие обязаны изъять всех таких детей из семей и передать на воспитание Сестрам. Вместе мы построим великий Эпис! Где найдется место каждому его обитателю. На этом у меня все, друзья.
Рука Эрика была напряжена так, что казалось, что тонкая ткань рубашки сейчас треснет под этим напором. Хватая ртом воздух, я вдохнула поток. Ненависть, исходящая от Крейна, стала моим сегодняшним ужином. Жадно глотая все, до чего могу дотянуться, пыталась успокоить Эрика. Осирис быстро выдернул руку, не давая мне впасть в беспамятство. Я не успела его одернуть, как он уже двинулся по направлению к Марселю. Он ничего ему не сделает. У Эрика хватит ума.