Крейн опустился на диван рядом со мной. Невольно тут же выпрямилась, напрягаясь. Эрик смотрел на мое лицо, словно изучая. В последнее время именно такой взгляд я ловила от него. Расслабленно лежащие на коленях руки, закатанные рукава рубашки и растегнутый ворот говорили о спешке, с который Крейн возвращался домой. Легкая улыбка коснулась губ Осириса, а я отвернулась, пряча лицо.
- Знаешь, Вел, когда в Башне Смотрящих ко мне подошли медики и сказали, что к нам выехала машина, я даже не удивился. Но вот когда спросили, на каком сроке моя жена, - Крейн засмеялся, - я несколько встревожился.
Продолжая смотреть куда-то в стену, я заламывала пальцы, хрустя костяшками. Как же все это сложно. С чудовищами проще, правда.
- Прости, - я не узнавала свой голос, - я не справилась. Пришлось вызывать Натали, а потом прятаться от ее допроса. И, вот, - я развела руками вокруг себя, - мы чуть-чуть повздорили с Беном.
Эрик не выдержал и рассмеялся. Его хорошее настроение приятно щекотало обоняние, заставляя и меня улыбаться. Ну вот, никто не умер, а ты боялась. Хотя. Я просто не хотела его расстраивать. Заставлять разочаровываться в себе еще больше. Слишком многое мы потеряли из-за моей глупости. Обеспокоенно повернувшись, я внимательно разглядывала его лицо. Вроде бы все нормально.
- Как ты себя чувствуешь? - задала я вопрос, который повторяла каждый день последнюю неделю, - Что-то болит? Возможно странные эмоции? Потребности? - обеспокоенно наблюдая за движением черных зрачков, я придвинулась ближе.
Эрик перестал смеяться. Его лоб покрылся морщинами из-за того, как Осирис хмурился. Ему были неприятны мои допросы, но я ничего не могла с собой поделать.
- Вел, со мной все нормально. Перестань. Я не твой эксперимент, не опыт и не чудовище, вырвавшееся на свободу. Я живой человек, - Крейн хмыкнул, пальцами убирая волосы с моего лица, - и потребности у меня, как и у любого человека.
- Крейн, я говорила тебе, что ты отвратительный пошляк? - спросила я, снимая ладонь со своей щеки.
- Давай подумаем? - притворно подняв глаза, Эрик старательно изображал бурную мыслительную деятельность, - Раз сто? - засмеявшись, Крейн повалил меня на диван.
Когда-то давно дурачиться так было легко и естественно для меня. Пробыв же пять лет среди некромантов, в воздержании, для поддержания чистоты мыслей, открыв в себе Исиду, каждое движение сейчас было для меня намеком. Нет, так я снова сойду с ума. Тело охотно подчинялось каждому движению Крейна, не понимая, почему сейчас я старательно сопротивляюсь, а не подстраиваюсь под каждое движение того, к кому так влечет. Идея, которая показалась бы мне безумной секунду назад, сейчас была гениальной. Перехватив движение Крейна ногами, я повалила его на пол, оказавшись сверху. Быстро оглянувшись на выход и не заметив никого там, я повернулась к смеющимся серым глазам.
- Крейн, - голос не слушался меня, и я закрыла глаза. Так легче говорить, - давай переспим.
Тишина, повисшая в гостинной, не предвещала ничего хорошего. Нет, все же это была откровенная глупость. Осторожно слезая с Осириса, я привалилась спиной к дивану. Слова оправдания тут же выстраивались в голове в убедительные предложения.
- Прости, - я кашлянула, отводя взгляд, - просто последний раз секс у меня был больше пяти лет назад, - потирая зудящий шрам, пробормотала я, - у некромантов, знаешь ли, не приняты телесные наслаждения. А в Эписе искать кого-то сейчас, когда мы заняты делом, слишком, - прокашлявшись, я продолжила, - ну а мыслить дальше ясно, когда голова забита другим, как-то сложно.
Крейн сел на полу. Его лицо будто окаменело. Безмолвная, что же я снова не так говорю?
- Мы же уже состояли с тобой в подобного рода отношениях, - прочистив горло я повернулась, - вот я и подумала, что если ты не против.
Закончить фразу мне не дала забившая рот и ноздри злость Осириса. Ой ей ей, кажется я ступила на опасную территорию. Ну да, куда я лезу тут со своими не самыми заманчивыми предложениями. Крейн поднял на меня взгляд. Кинуться ему на шею хотелось прямо сейчас. Я отвернулась.
- Почему бы тебе не обратиться к Лавру? С ним ты тоже состояла в “подобного рода отношениях”, - голос Эрика был пропитан ядом.
Серьезно? Все настолько плохо? Надежда на то, что связь уцелела, утекала сквозь пальцы. Ничего. Видимо так решила Безмолвная. Главное же, что он жив. Закрыв глаза, я заставила себя улыбнуться.
- Прости, Эрик. Давай просто забудем об этом, хорошо? - сглотнув ком, вставший в горле, я открыла глаза, - Как-нибудь справлюсь с этим.
Крейн кивнул. Его горло дернулось и Эрик отвернулся. Я поднялась с пола, подхватывая стоявший в углу рюкзак. Слезы рвались наружу, но я держала их до последнего. Чуть-чуть потерпеть. Справившись со своим голосом, я повернулась.
- Раз ты дома, я тогда пойду. Надо подумать, что еще я упустила, возможно что-то из следов, - Крейн не поворачивался ко мне, просто кивнул еще раз, - пока!
Махнув рукой, я вышла из комнаты.
Предательские слезы навернулись на глазах, а где-то внутри сжался кулак, раздавливая мое сердце. Ничего. Он же жил как-то с этим столько лет? Учитывая количество приключений на мою задницу, мне мучаться не так уж долго.
Эрик
Все слова о том, что она теперь понимает, что я чувствовал, были просто неверно мной истолкованы? Осторожные прикосновения, когда Валери очнулась, только исследовательский интерес? Всевышний, нужно заниматься делом, а голова теперь забита этой ерундой.
Давай переспим
Она рисковала своей жизнью, чтобы вернуть тебя, Крейн.
Да, потому что много лет испытывала чувство вины. Вот и все объяснение. Чертова благодарность, заставившая ее пройти по тонкой нити над пропастью. Непонимание, что делать со своей собственной жизнью. Сколько можно уже в каждом движении Валери ловить признаки связи, пытаться подстроить поведение девушки под нее? Мне до сих пор больно было вспоминать момент, когда она тонула в Исиде. Когда очнулся, побывав за гранью, я был уверен, что уж моя смерть точно вызвала в ней что-то подобное. Жесткий, выворачивающий внутренности смех, вырвался из моего горла.
Ведь так поступают друзья?
Все кончено, Эрик Крейн. Если уж ты умер у нее на глазах, а связь не отозвалась, то ничто больше не способно пробудить ее. Закрыв глаза, я старался привести мысли в порядок, но не вышло.
Еще сегодня утром думал о том, что когда вернусь домой, она будет тут. Потому что так захотела сама. Попросила. Первый раз за столько лет, она сама пришла в этот дом. В наш с ней дом. Стараясь не давить, я рассчитывал, что связь сама приведет ее. Больше всего не хотелось спугнуть то, что только начинало зарождаться.
Показалось, что начинало.
Раз ты дома, я тогда пойду.
Она не хотела быть рядом. Почему это так удивительно сейчас? За столько лет можно было и привыкнуть. Перестала ненавидеть, и то хорошо. Больше не осыпала проклятиями и не кивала, словно безвольная кукла. На что еще я рассчитывал?
На то, что семья, которой никогда и не было, вдруг станет настоящей? Валери любила сына, поэтому старалась быть здесь как можно чаще. Она скучала по нему пять бесконечно долгих лет.
У нее никого не было, после тебя, Крейн.
Голос внутри цеплялся за какие-то крохи надежды, заставляя думать о том, о чем не следовало. Она же объяснила, почему. У некромантов не принято, а здесь пока она с утра до ночи или носится по делу, или с сыном.
То, что теперь Валери будет решать вопрос с другим, сжигало изнутри. Почему я промолчал?
Да потому что это унизительно, Крейн.
С другой стороны, она думает, что связи нет. А значит никто, кроме меня самого не будет считать это унизительным. Нам было хорошо вместе. Значит будет снова.
По-моему теперь я сходил с ума, подобно ей, создавая себе Мир, которого никогда не будет существовать.