– Нет, на чердак я точно не полезу, чтобы там не было. Мне все это кажется, глупости это все!
Вскоре, к ней пришли друзья, все сразу забылось, день пролетел, как час. Вечером пришла мама, Таня, как всегда, решила ей ничего не рассказывать. Ночью Таня, опять, не могла уснуть, ей постоянно казалось, что в комнате кто-то есть, лунный свет проникал в комнату беспрепятственно, так как шторы мама забрала в стирку. Этого света было достаточно, чтобы немного рассеять мрак. Было не так темно, но, в то же время, этот свет рождал причудливые тени, которые в голове у Тани превращались в пугающие очертания людей и существ. Неожиданно, перед кроватью, с пола, встал силуэт взрослой женщины, Таня сразу поняла, что это не плод ее воображения, тут уже все серьезно. От ужаса девочку парализовало, она не могла ни вдохнуть, ни крикнуть, ни пошевелить чем-либо. Силуэт наклонился над ней и протянул свои черные, почти не заметные, в темноте руки. Жуткая вонь стояла в комнате, это был смрад такой силы, что на земле такой вони и представить трудно. Раздались потусторонние стоны, словно, все мученики ада стонали в одной маленькой комнате. Таня так и лежала, беспомощно парализована, ей очень хотелось кричать и звать маму, но она не могла выдавить ни звука. Вдруг, у нее в голове возникла картина, она вспомнила свою очень верующую бабушку, та в свою очередь учила девочку разным молитвам, но девочке было это все совсем не интересно, куда более интереснее погулять во дворе с подругами. Бабушка рассказывала ей истории про то, как нечисть боится молитвы, тогда ей все это казалось глупыми бабкиными сказками, но сейчас это был единственный шанс пережить эту ночь. Смрад заполнял легкие как желе, не давая вдохнуть или выдохнуть, дурманил мозг. Теряя сознание, Таня нашла в себе силы и громко, не знаю вслух или про себя, произнесла:
– Отче наш, сущий на небесах, да святится имя твое, да придет царствие твое.
Дальше она не помнила, но лишь она воззвала к Богу, произнеся начало молитвы, воздух стал чистым и даже с нотками чего-то сладкого, как ей показалось. А от воплей, стонов и силуэтов не осталось и следа.
Таня очнулась утром. В полном недоумении, сон это или явь, вышла на кухню. Все тело болело, ноги ватные, не держат, глаза не открываются. Мама заваривала чай.
– Таня, что с тобой?
– Все хорошо, мама, просто как-то плохо спала.
– Я тоже очень плохо спала и мне даже показалось…
Тут мама прервала диалог.
– А ну-ка, иди сюда! – Обеспокоено крикнула она. – А сейчас расскажи мне то, что ты не рассказала, и не вздумай врать, это очень серьезно! Я чувствовала этот сатанинский смрад, но думала, что мне кажется или просто демоны пытаются меня достать, что не редко в моей профессии, но ты то, ты как связалась с этим?!! С таким смрадом является только самое сильное зло, и шутить с ним никак нельзя! – Она подвела Таню к зеркалу.
– Смотри!
У девочки, от ужаса, слезы покатились из глаз.
– Мама! – Воскликнула она, прикрыв рот ладонью.
Вся ее шея была фиолетовая, на ней отчетливо просматривались очертания пальцев, так, как будто девочку душили, с невиданной силой, голыми руками, но она, каким-то чудом осталась жива, хотя возможно все так и было. Таня расплакалась и рассказала маме о том, как они вечером развлекались с духами.
– Три дня! – Обеспокоено произнесла мама. – Какие же вы глупые, надо было все рассказать!
Мама кинулась звонить Алексею, они с его мамой тесно дружили.
– Привет, Люд!
Но потом мама просто молчала. Через минуту или две молчания она положила трубку, повернувшись к Тане, она все так же молчала. Девочка, от страха, закусила волосы и, рыдая, крикнула:
– Мама, не молчи, прошу тебя!
У мамы на тот момент было лицо, как у покойника, она, словно очнувшись, произнесла тихо сама себе:
– Все зашло слишком далеко. Кого же вы, мать вашу, вызвали?!
Таня, захлебываясь слезами, схватила маму за рукав.
– Мама! Да что случилось?!
– Все хорошо, дочка, надо поспешить. – Спокойно, но при этом как-то задумчиво, словно в пустоту, ответила женщина. – Где круг?! – Резко и твердо спросила она.