Костику исполнилось пять, когда в семье ждали третьего малыша. И снова мальчик, и снова для мужа, чтобы наверняка. Максим радовался, как не любить своих детей! Целая рота теперь дома. И Лера, как только смогла, опять побежала на работу, чтобы контролировать.
Разница в возрасте сказывалась с каждым годом. И пусть она не была такой большой, только женщина увядает быстрее, и рядом с Максимом Лера была скорее старшей сестрой, нежели женой. Красотой она никогда не отличалась, годы забрали молодость, нежелание заниматься собой – эластичность кожи и фигуру. Она не хотела менять жизнь и вымещала злобу на муже. И тогда в его жизни появилась Маша.
Только пошло по тому же сценарию, что и с Милой, с одним единственным отличием: Маша собралась идти к Лере. Это была катастрофа, и Максиму пришлось наобещать золотых гор. Срочно нужно было что-то придумать, и на этот раз Максиму повезло. Он переключил внимание Маши на младшего лейтенанта Громова Г.Н., который с радостью принял в качестве награды от командира девушку и хорошие часы. Опасность миновала.
Спустя полгода инцидент забылся, и Максим снова задумался о любовнице. Только Оля переплюнула предшественниц, она сразу же заявила мужчине, что готова на отношения, если он уйдет от жены. Это была тупиковая ветвь. Максим удалился из приложения и перестал искать.
Костику исполнилось семь, когда Максим взял отпуск и поехал с семьей погостить у родителей. Увидев мать и отца, он понял, что уже сам не мальчик, что не за горами тот день, когда он будет вот так ждать внуков. Жизнь протекала мимо, и ничего хорошего нет, кроме детей. Но нельзя жить только ради них! Дети вырастут, оставят нас в пустом осиротевшем гнезде, и, обернувшись, мы поймем: нет больше цели.
Родители встретили с радостью. Пришла троюродная сестра, с которой в детстве были неразлучны. Бросилась на шею к Максиму и расцеловала. В другой раз ему бы прижать и раскружить ее, да спину обжигали стареющие ревнивые глаза. Лера прошла мимо, намеренно задев плечом мужа, а ему пришлось отстранить от себя дорогого человека из счастливого детства. И поди объясни, что это сестра. Лера, не имевшая настроение и до этого, теперь сидела хмурая и злая, бросая на Максима гневные взгляды.
Мать все видела, да в чужой монастырь куда со своим уставом? Пусть сами разбираются. Зато сестра весь вечер вспоминала веселые истории, смеялась и делала вид, что ничего не происходит. А, может, на самом деле даже не могла предположить, что жена ревнует мужа к родственнице. К вечеру она ушла, а у Максима на сердце кошки скребли.
Он сидел на крыльце, смотря в бесконечность космоса, размышляя, насколько человек ничтожен в сравнении с мирозданием. Мать села рядом, плечом к плечу.
- Она тебе за грех твой дана, - нарушила молчание мать. – Да, ты мой сын, я люблю тебя, но с Никой поступил плохо. Теперь расплачивайся.
- Ты что-то знаешь о ней?
Мать какое-то время молчала.
- Она звонит мне, спрашивает о непутевом сыне. По голосу слышу – любит дурака. Только тебе запрещает рассказывать.
На душе Максима потеплело. Помнит! Любит!
- По началу думала, с ума сойдет, - продолжила мать, - ревела постоянно, а я что сделать могла? Только она сильная, выбралась. Ей психолога посоветовали, она к нему и ходила. Хороший мужчина, она мне рассказывала. А потом они поженились.
Максим стиснул зубы, справляясь с чувствами.
- Девочка у нее, - убила мать словами, - Сама родила. Дашей назвали. – Она встала с крыльца и пошла в дом, понимая, что сейчас Максиму лучше быть одному.
На небе зажигались звезды, теплый июльский ветер трепал волосы, у соседей выла собака, то ли на луну, то ли от тоски. Максиму тоже хотелось выть, на душе было тошно. Поди полжизни уже прожил, а счастливым так и не смог стать.
- Да уж, кузнец из меня не получился, - сказал он неизвестно кому.
В окне показалась голова Леры, она вглядывалась в ночь, ища глазами мужа. Но только звезды и ветер видели, как Максим заплакал впервые за свою сознательную жизнь.
Мама, вставай!
У Нины своих сыновей не было, Бог послал только двух дочек, зато каких: красавицы-комсомолки. Дружные были девочки, все делали сообща, и возраст располагал, разница всего в пару лет. А вот сына хотела, да не вышло, а потом и здоровье не позволило, но она не роптала, любила всем сердцем деток.
Жили в небольшом городе, в той части, что больше деревенская, нежели городская, потому и быт простым был. Когда Нина вышла замуж за Петю, лучшего гармониста, они пристроили небольшой домик к уже имеющемуся родительскому, разделили поровну землю и стали обживаться.