Ей постоянно хотелось есть, Борис шутил и подкармливал "голодную" жену, отчего та стала набирать в весе. Она и сама видела, как округлился не только живот, но и лицо, отекли ноги. Алина грешила на беременность, думала родит, и все придет в норму.
Только день Х настал, прошла неделя, несколько месяцев, и Алина поняла, что само по себе в норму ничего не придет. Надо усиленно работать над собой, только времени катастрофически не хватает. Ребенок был неспокойный, постоянно плакал, плохо спал. Молодая мать не успевала справляться с обязанностями и нещадно крала свой сон. Ей стало совершенно неважно как она выглядит, к желанию есть добавилось сильнейшее желание спать.
Изменился и Борис. Он стал все чаще задерживаться на работе, на выходные находил дела и практически не подходил к ребенку. В сторону Алины смотреть перестал, вернее, она все чаще стала замечать некую брезгливость во взгляде. Поначалу думала, кажется, да и не было особо времени сесть, поговорить, как раньше. Или мужа не было в свободные минуты рядом, или она была занята. А потом он предложил ей обустроиться в соседней комнате, потому что ребенок мешал ему спать. И Алина согласилась, это ведь ему на работу, а она – мать, кому как ни матери заниматься сыном.
Когда сил не стало вовсе, приехала бабушка на помощь. Женщинам вдвоем было проще, пока одна гуляла с ребенком, вторая управлялась с домашними делами, Алина начала отсыпаться и приходить в себя. На третью ночь пребывания матери в доме, она ушла в спальню мужа, ей так хотелось тепла и нежности, возродить то, что было между ними раньше. Только Борис заявил о своей усталости и, отвернувшись, уснул. Алина жалела супруга, понимала, как ему сложно и трудно, но обида закралась в сердце.
Так продолжалось несколько ночей, пока Борис не сказал правду.
- Ты видела, как выглядишь? - выплеснул он на нее ледяные слова. – Вообще за собой следить перестала, ходишь в чем попало, прически никакой, ногти, как у подростка, я уже молчу о косметике.
- Но зачем мне дома краситься? – попробовала возразить Алина. – Я же никуда не хожу, да и время на это нужно.
- Ну вот, - закивал гневно головой Борис, - для мужа ничего делать не надо, зачем, он же уже есть, никуда не денется.
- Борь, я не это имела ввиду.
- Алина! – оборвал ее муж. – Ты со своим весом собираешься что-то делать?
Алина покраснела и смутилась. Ей не нравилось отражение в зеркале, она, действительно, собиралась все исправить. В подобном как никогда нужна поддержка близких, а ее нет.
- Я бы пошла в зал, - начала она.
- И что мешает?
Алина подняла удивленные глаза на мужа.
- Мне не с кем оставить Мишу!
- Опять отговорки, - махнул рукой муж. – Захотела бы похудеть – занималась дома, видимо, тебе нравится быть жирной свиньей.
Слова как пощечина, оплеуха, в самое сердце, лучше бы ударил, тело отходит от боли – душа нет. Слезы навернулись на глаза. Она всегда считала Борю заступником, защитником, лучшим из мужчин, никак не ожидала подобного заявления.
- Заплачь тут еще, - подначивал он ее, - жалко тебе себя. А меня не жалко? Я тебе все дал, обеспечиваю вас с сыном, неужели так сложно выглядеть нормально? Уже четыре месяца прошло после родов, думал, ну сейчас начнет приходить в себя, ну вот сейчас, Боря, подожди. Но нет же, Алина ленится и ей все равно на мужа.
- Это неправда!
- Вон у Костика жена второго родила, нормально выглядит, фигура и все такое. А ты… - он замялся на минуту, потом просто махнул рукой.
- Мне на работу завтра, выспаться надо, но кому я говорю, ты же можешь в любое время спать, тебе не надо семью содержать, - Борис отвернулся от нее и погасил лампу.
Алина задохнулась от негодования. Ей сразу же вспомнились слова подруги, которая жаловалась на своего мужа, тогда ей было непонятно, она жалела ее, теперь же жалеть приходилось себя. Мужчины не замечают, что дома чисто, обед приготовлен, вещи перестираны и переглажены, ребенок растет в любви. Они считают, что это само собой разумеющийся факт, обыденность, не требующая времени и сил.