— Джаллил Винне́ссия, — поклонился начальник стражи, приподнимая кольцо своего ошейника пальцами в знак подчинения.
Звон сильной пощёчины отразился от стен коридора. Из свежей раны просочилась кровь, оставив несколько капель на полу.
— Э́лглут! Как ты посмел?! — Виннессия схватила подчинённого за шею, впившись ногтями в его кожу, и притянула к себе. Её фиалковые глаза пылали яростью. — Я приказывала тебе всех пленных сначала показывать мне! И это МНЕ решать, кого и когда отправлять на арену! — она с силой оттолкнула начальника стражи.
— Я виноват, — он быстро опустился на колено, склонив голову. — Готов принять наказание!
— О, да-а, — протянула госпожа, поставив ногу на его плечо и заставила поклониться ещё ниже. — Наказание твоё будет суровым. Своеволие я не прощаю! — она фыркнула, отступила и распахнула дверь.
Прислужники тут же упали ниц, боясь поднять взгляд на величественную дроу. Стоять остались только двое: Ораферн и Азиз, который помогал эльфу с перевязкой. Виннессия продефилировала к ласгалену и остановилась, рассматривая его, провела ладонью по обнажённому торсу.
— Хорош, — довольно улыбнулась она. — Ссин’у́рн, — эльф источал такое притяжение, от которой шли мурашки по спине, и не обратить на это внимание не представлялось возможным, но она постаралась ничем не выдать своего влечения. — Ранение поверхностное, быстро заживёт. Мне понравился твой бой. Многообещающий. Пойдёшь со мной. А ты… — дроу обернулась к южанину и смерила его взглядом. — Тоже. Убить Ралдарука не так просто.
Ораферн подумал, что стоит ознакомиться с обстановкой прежде, чем принимать какие-либо решения. Сейчас опрометчивые действия могли стоить жизни, поэтому не стал сопротивляться, когда на его руках защёлкнулись кандалы и охранники, подёргивая за цепи, повели его и Азиза за властной госпожой. Он заметил, что путь их пролегал по всё тем же узким коридорам, избегал широких развилок. Их явно не хотели показывать кому-то ещё, тайно уводя вглубь пещеры, размеры которой даже трудно было представить.
Лестница повела вверх к ещё одному коридору, после два раза вниз, повернула и снова вывела наверх. И уже после узкие пространства сменились широкой залой с гладким каменным полом, имевшим рисунок, состоящий из квадратов светлых и тёмных цветов. Каждое ребро квадратов образовывало со смежным элементом контрастный цветовой переход. Высокие колонны под потолком создавали каркасную систему с ребристым сводом. Каменный орнамент в верхней части стрельчатых арок и вытянутых сетчатых окон напоминал колючие языки пламени.
— Отведите человека во вторые покои, — приказала Виннессия и потянула светлого эльфа за цепь оков за собой, легко открыв массивную дверь своей комнаты, но задержалась, обернувшись. — Элглут? Ты ещё здесь?
— Да, джаллил Виннессия, — с поклоном ответил тёмный.
— Твоим наказанием будет изгнание из первых покоев, — на лице появилась жестокая улыбка. Дроу видела, как начальника стражи передёрнуло, и это доставило особенное удовольствие. — Не желаю тебя видеть в своём крыле.
— Слушаюсь, — как можно спокойнее произнёс Элглут, но было заметно, как он напряжён. Позорный акт свершился, вызвав гнев, негодование и зависть. В тёмно-красных глазах вспыхнула лютая ненависть к светлому эльфу. Но перечить госпоже начальник стражи не стал, не посмел. Дверь перед ним закрылась.
Большая комната имела высокий куполообразный свод, а обилие тканей, свисающих с него, придавало сходство с шатром. В центре под пологом располагалась огромная кровать, а ближе к стенам стояли письменный стол, сундуки, кресла и комод. Высокие окна с желтоватыми сегментами слюды занимали бо́льшую часть восточной стены. Шкуры на полу и обилие подушек позволяли обходиться без стульев, несмотря на их наличие. Подносы с яствами и вином в восточном стиле придавали определённый колорит убранству, а светящиеся жёлтым цветом редкие грибы погружали пространство в приятный полумрак. Несмотря на строгость архитектуры, хозяйке комнаты удалось создать романтичную атмосферу.
— Имя, — в руках Виннессии оказалась плётка, рукоятью которой она приподняла подбородок светлого эльфа.
Тот втянул носом воздух. Терпкие и пряные ароматы сладострастия витали повсюду.
— Зови меня Ораферн, — не отводя взгляда, он одарил её лукавой улыбкой. За такой жест в этом месте можно было бы получить удар плетью, но лесной король хорошо знал, какую власть может иметь над представительницами прекрасного пола.