Виннессия лежала на плече Ораферна, поглаживая пальцем его широкую грудь, проводя от ярёмной впадины вниз между грудных мышц до повязки и обратно. Она молчала, наслаждаясь послевкусием их страстной игры, лишь изредка закусывала губу, вспоминая тот или иной момент их близости.
Ласгален лукаво улыбнулся, скосив глаза на тёмную эльфийку.
— Понравилось?
— На похвалу напрашиваешься? — нараспев произнесла та.
Ораферн хмыкнул и осторожно, едва касаясь, провёл пальцами по её плечу. Как много сейчас зависело от удовольствия Виннессии. Вся жизнь висела на тонкой веточке, и оставалось надеяться только на гибкость, которая позволила бы не сорваться в бездну.
— Я оставлю тебя себе, — снова нарушила молчание дроу. — Вот только этот ваэл Элглут бросил тебя на арену, — нахмурилась. — А это значит, что о тебе знаю теперь не только я. Светлых эльфов здесь очень давно не видели. Для многих ты будешь лакомым кусочком.
— Будешь биться за меня? — усмехнулся лесной король, стараясь превратить в шутку весьма щекотливую для него тему.
— Буду скрывать, сколько смогу, — честно ответила тёмная эльфийка. — Но я не всесильна. Да, мой статус высок, но есть и повыше, — она провела ладонью по забинтованным бокам любовника. — Прибью Элглута…
— Расскажи мне о здешних правилах и нравах, — попросил Ораферн.
— В нашем обществе выживают только послушные мужчины, — ответила Виннессия. — Им позволяется говорить только тогда, когда они получат разрешение и делать то, что поручено. Каждый, кто находится на службе, носит ошейник, как атрибут подчинения. Слуги, стража, прочие военные чины и служители дворца. Не носят их только правящий дом и ещё несколько знатных семей.
— А у тебя есть ошейник?
— Паучий ошейник — совсем другое, — хмыкнула. — Он говорит о высоком статусе. Ещё бы, я ведь одна из генералов! И подчиняюсь только Правящему дому! Под моим началом несколько гарнизонов стражи врат! Я даже удостоилась серебряной татуировки! — с гордостью произнесла она. — Это знак высшей благосклонности.
— Это та, что на спине с левой стороны? — лесной эльф чуть-чуть приподнялся, чтобы рассмотреть рисунок получше.
Переплетение острых линий и завитков, идущих от шеи вниз до талии по всей левой стороне спины дроу, имело серебристый оттенок и переливалось на свету. Тут явно не обошлось без магии. Но нужно признать, что на тёмной серо-фиолетовой коже это смотрелось красиво.
— Тебе идёт, — Ораферн одарил тёмную эльфийку обезоруживающей улыбкой.
— Да, знаки отличия мне, разумеется, идут, — она бросила на него снисходительный взгляд, как на существо несведущее и потому произносящие подобные глупости. — А что насчёт тебя? Кто ты и как попал сюда?
— Я… король Чёрного леса. А как сюда попал — сам не знаю. Но, думаю, что вещи, которые были со мной прежде, помогли бы мне восстановить картину.
Виннессия расхохоталась, откинувшись на кровать. Заливистый и заразительный смех заставил и ласгалена невольно улыбнуться.
— Ну, ты выдумщик! Такого ответа я не ожидала. Король! Он король! — снова рассмеялась. — Ещё и вещи его ему подавай!
— Ладно, я поставлю вопрос иначе, — Ораферн перевернулся, опираясь ладонями на постель и нависая над дроу. — Чем я могу заслужить некоторые привилегии в виде возвращения моих вещей?
Снова его лукавая улыбка и блеск холодных зелёных глаз, светлые волосы, спадающие вниз и сильное гибкое тело… были так близко. Под кожей Виннессии явно начал разгораться яростный огонь: неутолимый, сладострастный.