— Если джаллил Белаэрн соблаговолит оставить этот факт вне поля зрения моей госпожи, я с радостью помогу в любом деле, которое мне будет назначено, — Элглут не поднимал головы, прекрасно зная нрав той бестии, к которой пошёл за помощью.
Белаэрн являлась любимицей Второго дома, самой яркой из сестёр и самой жестокой. Ей пророчили прекрасное будущее в свите королевы и всячески поддерживали. Она не знала ни нареканий, ни отказа. Говорили, что она неуязвима и для ядовитых речей, и для кинжала убийцы, что слуги в её поместье до одури боятся хоть чем-то вызвать её недовольство. Плеть наследницы Второго дома впитала столько крови, что уже должна была стать артефактом Тёмных Духов. Соперниц Белаэрн устраняла с лёгкостью, даже не всегда марая о них руки. Впрочем, запах крови врага доставлял ей особенное наслаждение.
— Ты принёс мне интересные новости, Драда, — она упивалась властью над теми, кто стоял ниже по рангу. — Я желаю однажды увидеть на коленях Виннессию. И отобрать у неё любимую игрушку — неплохо… для начала, — облизнула губы, предвкушая победу над соперницей. — Ты можешь подняться. Жди указаний. Уходи.
Элглут ещё раз поклонился и отправился прочь. Похоже, он был уверен в том, что после избавления от соперника, быстро завоюет своё место снова и тогда сможет помочь своей госпоже, будучи в стане врага в лице Белаэрн. Однако, ступая на подобный путь, нужно было иметь несколько козырей в рукаве и очень тщательно выбирать тропу, по которой предстоит идти.
Наследница Второго дома щёлкнула пальцами. Одна из «горгулий» спрыгнула вниз и подошла к повелительнице в виде мужчины в плаще с глубоким капюшоном.
— Следи за ним. Сообщи, когда он встретиться с Виннессией.
Убийца молча поклонился и исчез в темноте.
***
Зеркало… Ораферн вытащил из своего вещевого мешка артефакт, испытывая странные чувства. С одной стороны, он ощущал небывалый подъём и радость из-за возможности вновь получить то, что считал своим, ради чего покинул Чёрный Лес. Но с другой стороны предвкушал не очень приятные разговоры и слова, которые боялся и не желал услышать.
— Впервые вижу тебя таким взволнованным… — заметила Виннессия, разглядывая своего пленника, обнимающего небольшое овальное настольное зеркало, украшенное ветвями лозы.
— Может быть, ты позволишь мне сначала самому разобраться во всём? — пристальный взгляд дроу заставлял лесного эльфа испытывать неловкость.
— Вот ещё! Я должна всё знать! — она наклонилась ближе и заговорила тише. — Так что это за вещица? Я чувствую на ней некое магическое возмущение, но… слабое.
— Это… зеркало… — Ораферн поставил предмет на стол и, выдохнув, подошёл ближе. Но вместо своего отражения увидел лишь туманную пустоту. — Эй! Ты меня слышишь? — помотал рукой перед зеркальной поверхностью, повертел и даже тихонько постучал подножкой о стол. — Неужели я его сломал?
— Стучать было необязательно, — отозвался тихий и высокий голосок, совсем не тот, который эльф слышал раньше.
— Разговаривает! — Виннессия подсела ближе.
— Ты так изменилось из-за моего удара? — Лесной король не позволил тёмной эльфийке отразиться в зеркале, остановив несвоевременное любопытство ладонью.
— Я долго лежало среди артефактов и напиталось силой. Но… сила ушла в момент перемещения. Восстанавливаюсь, — сообщил усталый голосок.
— Можешь рассказать, как я попал в… Че-эль-олат?
— Наши силы объединились. В момент удара всплеск энергии сломал клетку внутри тебя, и… — зеркало замолчало, словно переводя дух. — Теперь ты можешь… многое… — голосок затихал.
— Что могу?! — Ораферн схватил зеркало в нетерпении, даже потряс, словно это могло помочь. — Что могу?! Ответь!
— Чувствовать… — ответ прозвучал ещё тише, чем прежде. — Сверкать… Ты… свободен. А я… устало… Хочу спать.
— Эй! Эй! — лесной король снова потряс артефакт, но тот больше не отзывался. — Что значит свободен? Как это, сверкать? — он возбуждённо заходил по комнате. — Чувствовать… — остановился, задумавшись.
Здесь как раз всё было понятнее, ведь он, действительно начал чувствовать больше, чем раньше. Ощущать запахи эмоций было в новинку, но весьма полезно, как оказалось.
Виннессия наблюдала за передвижениями своего пленника, закинув ногу на ногу и облокотившись о стол. Тусклый рыжеватый свет из окна падал на её светлые волосы и придавал холодной коже тёплый оттенок. Фиалковые глаза проследили за тем, как эльф завернул зеркало в ткань и убрал в свой мешок.