— Я… — эльф слегка прищурился. — Я чувствую себя странно. Словно что-то шуршит в моей голове. Неприятное ощущение, — он зажмурился, пытаясь справиться с наваждением.
— Нет, подожди! Подожди! — Сауириэль вдруг испуганно затараторила, а потом всё исчезло, погружаясь во тьму.
Ораферн открыл глаза. Перед взором покачивались широкие листья высокой пальмы, слышался тихий плеск воды, но было очень жарко. Страннику из северной части материка подобный перепад температур казался неестественным. В пещерах дроу сохранялось равномерное тепло, в землях Лимлага солёный воздух компенсировал жар солнца, а здесь оно казалось просто иссушающим. Захотелось пить. Вместе с тем пришло осознание того, что пещеры остались позади. Значит, ему удалось «сверкнуть»!
Эльф приподнялся на локтях и бухнулся обратно, заохав. Всё тело от такого простого движения заныло, голова отозвалась болью, а во рту захрустел песок.
— Ариф! — южанин радостно подбежал к другу по несчастью и поднёс ему полную флягу воды. — Наконец-то ты очнулся! Я уж думал, что придётся тебя тащить через пустыню. Шутка ли три дня спать!
— Азис… — лесной король сделал над собой усилие и сел, жмурясь от боли. На зубах хрустел песок. — Что со мной? Почему во рту песок? И так ноют голова и… рёбра? — он коснулся затылка и нащупал целое гнездо из волос, травы и веток. Воззрился на спутника.
— Понятия не имею, — тот развёл руками, нервно хихикнув.
— Рукав порван… и где мой сапог? — недоверчиво прищурился Ораферн.
— Я тебя таким нашёл, — человек пожал плечами и отвёл взгляд, что-то насвистывая, боясь разоблачения. Стыдно было признаться, что не уследил. Но сапог вернул. А потом едва не подпрыгнул, ухватив идею. — Ты же сказал, что собираешься «сверкнуть»! И мы оказались здесь! Может, это оно так подействовало?! О! Точно! Я вообще ослеп! — запоздало насупился, сложив руки на груди. — Думал, что калекой останусь. Но зрение потом вернулось. Я действительно видел очень яркую вспышку. Твои чудеса опасны!
— Чудеса? — недоверчиво скривился Ораферн и ощупал себя. — От магии нет ощущения, что по тебе конь потоптался. — Тут, он, конечно, слукавил, потому как ощущал себя именно жертвой копытного безумия. Впрочем, внешне кроме несколько ушибов и ссадин, повреждений не наблюдалось. — Ладно, пойду, умоюсь… - он, пошатываясь, поднялся. Потребовалось усилие, чтобы сохранить равновесие. — Три дня... А дроу не видно. Потеряли наш след? Но задерживаться тут не стоит. Кстати… где мы?
— А я знаю! — радостно отозвался Азиз. — Мы в нескольких часах пути от Захра́на! Моего города! Если будем держать курс на запад, то доберёмся к ночи!
Идея двигаться по жаркой пустыне не казалось хорошей. Но кто знал, может быть, погоня ещё не остановилась? Хотя, по словам Азиза, прошло уже несколько дней. Впрочем, дроу вряд ли пойдут искать беглецов по жаре. И всё же страх гнал прочь от ненавистных гор, поэтому светлым временем суток решили воспользоваться, чтобы уйти как можно дальше от жестоких преследователей. Но Азиз предупредил, что при полуденном солнце двигаться куда-то не получится, только после пика, а всё свободное время лучше провести в оазисе, набираясь сил. Такой план эльфа устраивал. Голова всё ещё ныла и, время от времени, шла кровь из носа. Ораферн облился водой и долго лежал в тени, похрустывая сушёными водорослями и рыбой, что подготовила Виннессия, благо вещи не пострадали. Затем переоделся, а старую одежду по совету южанина, повязал на голову, прикрыв уши, лоб и шею. Плащ оставил свёрнутым в вещевом мешке, потому что было и без того жарко. Отдых позволил привести в порядок мысли и тело. Боль почти ушла, лишь виски иногда начинали неприятно пульсировать, но это ощущение проявлялось всё реже. "Сверкание" вслепую было крайне опасно и эльфу очень повезло, что он не остался вмурованным в стену пещеры.
Перед выходом оба путника поели и напились воды впрок. Пришлось зачаровать сапоги, чтобы ноги не сварились в раскалённом песке. Надо сказать, что Ораферн мог использовать лишь некоторые чары предметов, самые простые. Сложные ему никогда не удавались. Но даже так эльф чувствовал себя, словно пирожок в печке. Жара выматывала, но движение вперёд подстёгивал страх снова угодить в лапы тёмных эльфов, а ещё осознание неизбежной гибели при остановке под обжигающим светилом.
Когда день начал клониться к вечеру и ушёл зной, дышать стало заметно легче. Уже появилось желание полюбоваться разноцветными полотнами заката и ярко-рыжими песчаными холмами, имевшим ребристый выветренный рисунок, не замеченный прежде. Тени удлинились, а на пути то и дело возникали внезапно потревоженные животные: мелкие ящерицы, жуки или зарывшиеся в песок змеи. Азиз предупреждал, что некоторые из них могут быть ядовиты и очень опасны, поэтому эльф решил идти первым. Имея хороший иммунитет к не магическим ядам, он посчитал это разумным. Но угроз удалось избежать. Разве что одна из ящериц, раздув капюшон, попыталась отогнать непрошеных гостей от своей лежанки. Но этот конфликт удалось быстро разрешить мирным путём.