Они подошли к тупику. Темнота здесь не позволяла что-либо разглядеть, поэтому пришлось воспользоваться светящимся кристаллом Виннессии. Впереди находилась дверь с какими-то лучистыми колёсиками и отметками вокруг них. Азиз осторожно покрутил одно, затем второе, третье и четвёртое колёсико, выставив на только ему одному известную позицию. И раздался тихий щелчок. Дверь отворилась. Отодвинув ковёр, вошедшие увидели большую комнату, расписанную красно-коричневым цветочным орнаментом. Колонны поддерживали резные декоративные арки, разделяя помещение на несколько частей: место для сна, отдыха и работы. Диваны, обитые тёмно-красной тканью, обилие разноцветных подушек, маленькие восьмигранные резные столики для свечей и кувшинов, округлые узорчатые светильники, спускающиеся с потолка, придавали уютную атмосферу, а два яруса окон наполняли пространство светом.
На шум обернулся высокий темноволосый мужчина с аккуратной бородой, в которую прокралась седина. Тёмное одеяние, именуемое здесь халатом, расшитое золотыми нитями, показывало его статус, как и богато украшенные туфли с загнутыми вверх носами. Раскрытый свиток выпал из рук первого советника и покатился по дорогому ковру. Тёмно-карие удивлённые глаза вдруг наполнились слезами.
— Отец, — улыбнулся Азиз и поспешил ему навстречу.
— Сын мой! — советник крепко обнял его, отстранился, рассматривая молодого мужчину, не веря своему счастью, а после снова заключил в объятия. — Жив…
Ораферн смотрел на эту идиллию, стараясь не выделяться и не мешать радостному воссоединению. Он прекрасно понимал чувства обоих. Но дивная сцена вдруг прервалась.
— Азиз, а где сосуд? — встревоженно спросил отец. — Он с тобой?
— Ну… как сказать… — сын замялся, потёр затылок, опустил взгляд.
— Где сосуд?! — в голосе почувствовался страх, а пальцы сильно сжали плечи отпрыска.
— Я… я… выпил…
— ЧТО?! — советник сперва отшатнулся, а потом резко шагнул вперёд и отвесил сыну знатный подзатыльник. — Да как ты мог?! Это же… Что я теперь скажу Калифу?!
— Отец, у меня была безвыходная ситуация! — постарался оправдаться тот. — Если бы я этого не сделал, сосуд попал бы к дроу! А я сейчас лежал бы мёртвый в песках! Содержимое в любом случае пропало бы! Но так оно хотя бы осталось среди тех, кто верен Калифу! А ещё у меня есть подозрения, что мой маршрут был выбран не случайно. Что всё подстроил Иснаан-хаяс. Поэтому я должен был всеми силами сохранить Душу героя. И на тот момент это был единственный способ! Это позволило мне выжить! А вернуться… помог мой друг… — он указал ладонью на спутника, который показался из-за одной из колонн. — Позволь представить тебе моего друга и спасителя. Это… Ариф. Он из северных земель и тоже попал в плен к дроу, как и я. Благодаря ему я выжил и вернулся домой невредим!
— Кто? — отец обернулся и заметил эльфа в одеждах знатного вельможи, которые ему были чуточку узковаты в плечах.
— Меня зовут Ораферн, — улыбнулся светловолосый незнакомец. — Простите, что не представился сразу, не хотел мешать.
— О, прошу простить нас за эту сцену, — вдруг переменился в лице советник и быстро подошёл к гостю, улыбаясь. Он взял руку эльфа и, наклонившись, коснулся лбом тыльной стороны его ладони, выказывая крайнюю степень уважения, дозволяемую в его статусе. — Да благословит Всевидящий Ваши владения, деяния и дни! Нет границ моей благодарности за спасение сына!
— Ну что Вы, — тот даже слегка смутился такому приветствию. — Я рад, что вы встретились. — Между тем, он отметил, что сына советника именовали Азиз, а не Азис, как он его называл, но решил не акцентировать на этом внимание друга. Тот вообще не мог выговорить эльфийского имени и не стеснялся именовать другим. Поэтому квиты.
— Отец, у меня есть ещё новости, — в голосе послышались печальные нотки. — На тебя готовится покушение, — заговорил тише, — на предстоящей охоте тебе выдадут пугливую лошадь и заставят отделиться от охраны, а потом убьют. И среди заговорщиков Мурта́ки… — Азиз заметил, как на мгновение растерялся отец, мельком взглянул на гостя. — Не волнуйся, Арифу можно верить. Он не раз доказал своё благородство и верность слову. Он мой друг.