— Хорошо, — кивнул советник и жестом предложил всем расположиться на подушках. — Я рад, что моему сыну повстречался такой хороший друг. Но радость моя омрачена последними вестями. Неужели это правда? Считал я Муртаки верным своим помощником.
— Увы, мы слышали это по пути сюда. Слуховое окно в тайном проходе позволило мне определить говоривших. Я сам опечален, но как бы ни велика была моя скорбь, у меня нет сомнений в том, чьи голоса я слышал.
Ораферн отметил, что оба заговорили иначе. Может, такова была традиция общения перед гостем?
— Да охранит нас Всевидящий от зла… — Иснаан-Хаяс Икрам очертил круг в воздухе перед собой правой рукой и коснулся области сердца.
— Нам стоит оповестить Великого Калифа о готовящемся. Он защитит жизнь своего верного советника, — ответил Азиз. — Мы должны вывести Иснаан-Хаяс Зейда на чистую воду, представив Великому Калифу доказательства вины, ведь именно он готовит покушение.
— Охота состоится совсем скоро. И в твоих словах есть разумное зерно, сын мой. Прошу нашего гостя простить мне мою поспешность. Но вынужден покинуть Вас ненадолго, дабы сообщить печальные известия нашему правителю. Я распоряжусь, чтобы сюда принесли кушанья и вино. Но пока попрошу не раскрывать своего присутствия. Это может быть опасно, — советник поднялся, слегка поклонился, прижав ладонь к груди, выказывая своё уважение, и вышел из покоев.
— А что там за дела с сосудом? — поинтересовался эльф.
— Видишь ли… — потёр недавно ушибленный затылок Азиз. — Я перевозил реликвию нашего народа — Душу героя. Это заключённая в сосуд душа нашего прославленного воина и правителя. Его добровольная жертва. Когда-то все земли от пустыни У́ту до Мунава́рского залива образовывали одно сильное государство, которое создал Саттар, некогда живущий в Захране. Но даже его долгий век оказался конечен. Он пожелал и дальше помогать нам, защищать наши земли, завещал свою душу правителям Захрана, тогда столицей был именно наш город, дабы они, используя опыт и силу героя, могли возвеличить государство и мудро править им в мире и согласии. После смерти героя Сатта́ра, распалось государство, образовав королевство Захран и Мунава́р. Да, мы сохраняли торговые отношения, но были уже независимыми. Наш Калиф просил привезти сосуд с Душой героя, чтобы дать испить его жениху его дочери, который впоследствии должен будет стать правителем Захрана. В скором времени будут назначены смотрины и Душа героя… должна была стать даром… но… — Азиз вздохнул. — Когда на мой караван напали дроу, мне пришлось выпить Душу. Это позволило на некоторое время обрести силу героя и потому я смог отстоять свою жизнь, пусть меня и пленили. И на арене я тоже выстоял благодаря этой силе. А вот потом… действие закончилось. Душа героя должна освоиться в теле нового носителя, чтобы наделить его особенностями, но на это требуется время. Поэтому я иногда чувствую себя так, словно готов на любой подвиг и имею на это силы, а потом всё вдруг куда-то девается и остаётся лишь слабость и даже какая-то немощь, что ли…
— Ах вот почему ты двигался, как пришибленная улитка, когда мы пробирались в город, — теперь Ораферну стало ясно, как друг выжил на арене при его неспособности просто вбежать по доске на стену. — Тебе нужно больше тренироваться. Сила героя не даст твоему телу тех мышц, что были у него. Возможно, поделится навыками, но для их использования ты должен быть готов. Н-да… Выпить душу… Я даже не знал, что это возможно.
— Лишь при добровольной жертве, — уточнил Азиз. — Но…
В этот момент эльф вдруг напрягся, прислушиваясь, вскочил с подушек и потянул за руку товарища по несчастью, побуждая скрыться от глаз того, кто собирался войти в покои первого советника.
Несколько девушек внесли подносы с яствами и оставили их на небольших восьмигранных резных столиках и ковре, а затем быстро удалились, не заметив двух прятавшихся мужчин.
— Ну, вот теперь и поедим! — обрадовался Азиз.
— Дождёмся твоего отца и после проберёмся обратно к прислужницам. Я должен им как-то помочь, — Ораферн задумался. А что он, собственно мог сделать? Пытаться уговорить второго советника не обижать девушек — глупо. Скрыть их от него — неразумно: найдёт новых.
— Зачем давать обещания, которые не сможешь выполнить? — пожал плечами сын советника. — Вот теперь и мучаешься, — он с наслаждением положил на лепёшку какой-то паштет и отправил в рот, затем заел салатом из овощей и потянулся за чем-то, что было завёрнуто в проваренные листья.