Племянник второго советника, одетый в чёрное, с саблей в одной руке, разглядывал спасённого с тревогой и удивлением.
— Азиз? Ты… жив?
— А ты как тут оказался? Знал про колодец?! — отшатнулся.
— Я услышал о нём буквально только что! — торопливо начал рассказ Дамир. — Дядя отдавал приказ слугам, и я понял, что он хочет от кого-то избавиться. Нашёл у него карту и поспешил сюда! Я… знал, что он проворачивает какие-то дела за спиной у всех, но не знал какие. А на днях он рассказал кое-что… Похвалялся, что я ему должен быть за это благодарен. А потом я услышал его приказы… Это не выход! Нельзя так разбрасываться чужими жизнями! И… я рад, что ты жив, Азиз, — улыбнулся юноша. Он был младше сына первого советника года на три, но казался куда более крепким за счёт тренировок.
— Я-то жив! А вот Ариф! — спохватился Азиз и ринулся обратно к колодцу. — Ариф! Погоди! Я сейчас спущусь!
— Не надо! — раздался голос снизу, отражённый эхом колодца. — Я почти закончил! — но в этот момент остатки плюща, что прежде обвивали стенки колодца, оставили каменную кладку и резко спустились вниз. Послышался стук и бряцанье костей. — А, нет, — прокряхтел эльф, — ещё задержусь!
— Кто там? Может, лучше я? — племянник второго советника попытался рассмотреть что-то в колодце, но на стенках мелькали лишь тени.
— Ах ты кусок хъёрна! — громко выругался на эльфийском Ораферн. — Да чтоб тебя земля отринула! Порченый отросток!
— Что он сказал? — Дамир удивлённо взглянул на Азиза.
— А, это что-то на родном, — отмахнулся тот.
Внезапно оглушительный высокий звук заполнил всё пространство, заставив зажать уши. Вылетевшие из колодца ветви густой волной ударились в потолок, а потом обмякли и провалились вниз, откуда пахнуло паленым, и раздался дикий хохот. Отпрыски вельмож переглянулись.
— Кажется, помощь не нужна, — удивлённо заметил молодой воин.
— Ариф! Ты как?! Ариф! — Азиз мялся у каменного бортика, думая, лезть ему или нет.
— Минутку… отдышусь… — раздался голос снизу. — Я нашёл тут много интересного! Наверное, это тело слуги, который не вернулся. Но я бы не стал его трогать. Он не переварился. А ещё здесь чьи-то вещи и куча костей! Прям весь пол усеян!
— Какой ужас… — прошептал Дамир. — Сколько же людей там погибло?
— Азиз. Скинь мне свой плащ! — попросил Ораферн. — Я подберу кое-что и вылезу!
Сын первого советника поспешно исполнил его просьбу, недоверчиво поглядывая на внезапно подоспевшего помощника. Конечно, он знал Дамира, не раз сталкивался и какое-то время даже общался, но после того, как они стали претендентами на руку старшей дочери Калифа, перестали видеться. Судьба их развела или это сделали сами советники, младшим не доложили. Но уверенности в честности юноши Азиз не испытывал.
Сначала вылетел факел, а следом поднялся Ораферн и вывалил на пол плащ, который использовал вместо мешка.
— У нас гости? — эльф выглядел слегка потрёпанным: рукава на местном камзоле оторваны, а на теле виднелись синяки от объятий плюща и пара небольших ожогов. Он уселся на край колодца, разглядывая незнакомца.
— Кто это? — слегка попятился племянник Зейда. — Злой дух?
— Вот если бы отсюда вылез дроу, то можно было бы говорить о злых духах, — со знанием дела «задрал нос» Азиз, упиваясь возможностью покрасоваться. — А так, это просто эльф.
— Просто? — усмехнулся Ораферн, глядя на товарища.
— Это мой друг, гость и спаситель Ариф! — представил. — А этот тип в чёрном — Дамир, племянник Иснаан-Хаяс Зейда.
— Племянник? Пришёл убедиться, что мы пали от рук этой твари в колодце? — недоверчиво прищурился лесной король.
— Нет, наоборот, — сделал шаг вперёд Дамир и сдвинул брови. — Я пришёл, узнав, что дядя пытается кого-то убить с помощью колодца и хотел помешать этому.
— Ух ты… — Ораферн соскочил с насиженного места и подошёл ближе, втянул носом воздух. Ворох ароматов ворвался в сознание. Слабый запах волнения, стойкий решимости и горький оттенок сожаления. — Надо же. А про прислужниц своего дяди слышал? — запах сожаления стал ярче. — Значит, слышал. Но ничего не сделал.
— Я… не смог… — отвёл взгляд.
— Или не стал ввязываться?! — снова прищурился эльф.
— Я пытался! — сильнее нахмурился Дамир и с вызовом взглянул на светловолосого незнакомца. — Мне противно от того, что сотворил дядя. И я не хочу быть причастным к этому.