Сказав это, лесной король одной рукой открыл дверцы шкафа, в котором не оказалось задней стенки, а сам предмет мебели частично вмурован в каменную стену, где была ниша, куда как раз помещалось зеркало. Свободной рукой Ораферн снял с пояса кинжал и, зажав рукоятку в зубах, провёл ладонью по лезвию, а после положил окровавленную руку в нишу, оставляя след. Именно на это место он установил зеркало. Эльф только успел убрать кинжал в ножны, как рисунок на полу засиял золотистым цветом, переливаясь, а кровавая капля из ниши стекла по стене и капнула на пол, будто её вело что-то. Словно алой нитью связались артефакт и рисунок, а потом волны энергии ринулась вверх, заставив волосы короля всколыхнуться. Он, будто увидел дворец с высоты и как незримый купол опускается над ним, укрывая. Даже смог чуть-чуть мысленно подкорректировать границы. А потом энергия схлынула, оставив в комнате вырезанный на камне рисунок на месте краски.
Геллионн быстро подошёл и замотал раненую ладонь хозяина леса чистой тканью, припасённой заранее.
— Кажется, получилось, — улыбнулся тот.
— Определённо, — кивнул лис-полукровка.
— Получилось, получилось, — подтвердило зеркало.
— У меня осталось ещё одно дело. Последнее, — вспомнил король. — Но сначала нужно кое-что проверить. Принеси мне что-нибудь пожевать в библиотеку, — затем обернулся к артефакту. — Что ж, надеюсь на плодотворное сотрудничество, — улыбнулся он слегка устало и закрыл дверцы шкафа.
***
Мягкий свет светильников озарял лишь часть комнаты одной из придворных дам. Письменный стол, несколько стульев и кушетка чуть поодаль, а где-то в глубине, укрытая темнотой постель с балдахином и большие шкафы с одеждой. Середину комнаты занимала большая арфа, на которой поблёскивали огранённые камни в качестве украшений.
— Король вернулся и восстановил свою власть. — Темноволосая эльфийка вновь начала собрание, оглядев семь своих слушательниц.
— Поверить не могу, что Наурглаэр мог плести интриги против нашего короля! — возмутилась золотоволосая Эириэ́н. — Уму не постижимо. Как он мог?
— Говорят, он сам отрубил голову предателю, — поёжилась обладательница тёмно-русых вьющихся локонов. — А потом устроил поединки с приспешниками.
— Я бы посмотрела на поединки, — вздохнула Аэрли́нн. — Но вот казнь… Мне кажется, это слишком. Не ожидала, что наш король сделает это. Даже жутко как-то.
— Ты ничего не понимаешь! Ораферн всеми силами защищает нас…
— А! Она назвала его по имени! — взвизгнула медноволосая Лирули́н.
— По имени! Я тоже хочу! О-ра-ферн… — блаженно произнесла беловолосая Нарвиниэ́. — Как сладко звучит…
— Дамы, — призвала всех к порядку Линдиэ́ль, собравшая всех в своих покоях. — Те, кто решил выйти из группы почитательниц нашего короля, могут немедленно покинуть собрание и более на него не являться, — строго заявила брюнетка. — Остальных же я попрошу сосредоточиться. Повелитель давно не был дома и, вероятно, очень соскучился по нам. Поэтому нужно выдвинуть кандидатуру той, что придёт к нему первой.
— Я могу! — вызвалась Эириэн. — Выдвигаю свою кандидатуру!
— Твоя игра на флейте позавчера была ужасна, — фыркнула Нарвиниэ. — Все ноты переврала. Как после этого вообще в его глаза смотреть? Лучше я пойду.
— Ты? — возмутилась собеседница, поджала губы от переполняемого негодования. — Да ты сама стихи читала, запинаясь, выучить не могла! Это тебе стыдно должно быть на глаза ему показываться! Чем ты будешь услаждать его слух?
— Ну… я могла бы пойти, расслабить его плечи… — робко подняла руку Аэрлинн.
— Ты? Только что же говорила про него гадости! — нахмурилась Лирулин.
— Я гадости? Никогда!
— Говорила, что он жуткий!
— Девы, если вы не можете определиться, — чинно произнесла Лендиэль, манерно коснувшись пальцами своей груди, — тогда пойду я.
— НЕТ! — прозвучало хором.
— А я-то почему нет? Пусть тогда он сам выберет, — обиженно произнесла темноволосая эльфийка.
***
— Король занят! — заявил Геллионн, держа оборону возле дверей библиотеки.
— Но нам нужно срочно с ним переговорить! — настаивали дамы, пытаясь всеми правдами и неправдами проникнуть внутрь. Они даже попытались отвлечь дворецкого и пробраться тайком, пока тот не видит, но не удалось. Тот улавливал каждое движение и, будто видел все уловки наперёд, пресекая любую возможность проникновения.