— Ораферн, ты себе в телохранители специально самых красивых девушек подбираешь? — посмеялся Лимлаг.
— Нет, этим занимается Эльдаэн, — с насмешкой ответил тот.
— Я бы тоже не отказался от такой охраны, — потёр бороду повелитель морей.
— О да, Аравели́н не многим уступает Эльдаэн в умениях. Она одна из лучших стражей. Мастер метательного оружия и ближнего боя.
Дева очень старалась сохранять холодность, но похвала короля пришлась ей по душе, и кончики её ушей чуть-чуть порозовели от смущения.
— Как мило, — вырвалось у Менелтелу. Он тут же осёкся и оглядел присутствующих. Но, кажется, его слова отнесли не к его наблюдениям, а к последней сказанной фразе.
— В моей личной охране много достойных эльфов. Это гордость Эльдаэн. Она лично тренировала каждого, — продолжал расхваливать король. — Самое главное, что им я могу безоговорочно доверить всё. Как показала практика, это дорогого стоит.
— Всё о предателях вспоминаешь? — тихо спросил Глирдан. — Не волнуйся. Если сомневаешься в ком-то, позволь мне задать ему вопрос, и он не сможет солгать.
— Это как? — заинтересовался хозяин леса.
— У меня есть особое умение, я могу чувствовать ложь.
— Полезное умение, — похлопал друга по плечу. Сам Ораферн мог только строить выводы на основе тех запахов эмоций, которые ощущал, а генерал, похоже, сразу зрел в корень.
***
Утром эльфы отправились обратно в замок верхом. Сопровождающие гостей стражники разделились: часть шла рядом, а часть следовала параллельно процессии, передвигаясь на некотором расстоянии по деревьям, отслеживая возможную угрозу. Менелтелу был впечатлён, с какой лёгкостью они передвигались. В Лантасиринане придерживались строевого построения и обязательно со знаменосцами. Здесь эту функцию упростили. В сердце закралась зависть. Ласгален казались куда более свободными от рамок, принятых за Драконьим хребтом. Но в то же время чувствовалась дисциплина и хорошая организация. А ещё здешние не пользовались уздой для лошадей. В Тараэлентириосе предпочитали уздечки с железом и это считалось нормой. В Лантасиринане использовали щадящее оголовье без использования железа, а здесь головы лошадей были совершенно свободны, разве что иногда с украшениями в виде переплетений кожаных шнурков.
Тем временем, на лес спустились сумерки, а после всё стемнело окончательно. Чёрные силуэты деревьев угрожающе устремлялись ввысь и там тревожно поскрипывали под ударами ветра. Могло показаться, что рогрины добрались и сюда, оставляя своими когтями следы на ветвях, издавая скрежет и готовясь к нападению. Всё ещё мелькали тени эльфов, движущихся поодаль, и это ещё сильнее раззадоривало фантазию Менелтелу. Ему никогда не было страшно в своём лесу, но после увиденного в северной части Морнтаура, в сердце забралась тревога. Но впереди виднелся дворец и опущенный подвесной мост.
— Учитывая, что предупреждение о появлении гостей застало меня за день до вашего прибытия, — начал Ораферн, с укором взглянув на Лимлага, — то я не успел должным образом подготовиться. Но теперь готов исправить это, — улыбнулся. — И завтра объявляю пир в вашу честь. Завтра, потому что сегодня мы весь день в пути, и вам нужно отдохнуть.
— Для веселья не нужен отдых! — браво подбоченился Лимлаг.
— И всё же, Ораферн прав, — согласился Глирдан, кивнув повелителю морей на Менелтелу. — Слишком много впечатлений на сегодня.
— Ладно, ладно, — замахал рукой бородатый эльф. — Так и быть.
***
Пиршественный зал встретил гостей в час лошади, когда солнце было в зените. В этот раз был выставлен один длинный стол, во главе которого на кресле с высокой спинкой восседал Ораферн. По правую его руку — Лимлаг, по левую — Глирдан и Менелтелу. Помимо гостей присутствовали советники и придворные. Музыканты расположились за колоннами, услаждая слух приятными мелодиями. Дары леса, приготовленные искусными поварами, не выглядели помпезно, но от этого не теряли своего вкуса. Прислужники суетились, подливая вина и меняя опустевшие блюда. Эльфы ели не так много, как гномы, но тоже любили полакомиться вкусненьким.