— Я дам тебе ещё один шанс принять верное решение, — произнёс надменный женский голос. — Подумай об этом в лабиринте кошмаров. Просто позови меня, и я буду знать о твоём согласии, — хищная улыбка расползлась по лицу. Ощущение полного превосходства над противником отразилось надменностью и удовлетворением на лице. Если он не желает подчиниться по своей воле, то можно вынудить его принять условия её игры. Руки поднялись вверх, чтобы собрать энергию нового проклятья.
Когда демоница закрыла глаза, эльф понял, что это его последний шанс и другого случая не представиться. Если дать ей завершить заклинание, он проиграет и потеряет себя и Морнтаур. Этого нельзя допустить. Он приложил ладони к полу и сконцентрировался на лесе. Сауириэль поставила печать на части его территории и Морнтаур, в теории, мог ещё услышать зов.
— Услышь меня, мой Лес, — на висках выступил пот, а по телу прошла дрожь от напряжения. Под ладонями почувствовалась едва заметная, далёкая вибрация, которая усиливалась с каждым мгновением, словно нечто большое приближалось.
— Окутан мраком, в безвольной злобе, — торжественно произносила Сауириэль, упиваясь своим могуществом. — На веки скован иллюзий цепью. Ты не покинешь ошибок клетку, отныне схвачен душевной болью…
Она открыла сияющие ярко-жёлтым светом глаза, чувствуя свой триумф, и принялась медленно опускать руки, чтобы выслать заклятье в свою жертву, наслаждаясь моментом. Но звук, похожий на звон разбивающегося стекла, резанул по уху, а из-под пола, сквозь каменные плиты, ломая их, вырвались корни, опутав демоницу, не позволяя ей завершить действие.
— Ты… ты разбил мой барьер?! Как?! — Рыжеволосая вспыхнула чёрной яростью, пытаясь освободиться. Тёмное пламя разъедало корни.
Медлить нельзя. Ораферн дотянулся до Геллионна и крепко схватил его за руку.
— Закрой глаза, — не зная, слышит его друг или нет, произнёс король.
— НЕТ! — завопила Сауириэль и, освободив из плена корней одну из рук, метнула проклятье.
Ораферн «сверкнул».
Два тела прокатились по корням и мягкому лиственному настилу. Хозяин леса не открывал глаз, а по его торсу пробегали чёрно-красные молнии проклятья. Геллионн приподнялся на локте, ощущая невероятную слабость во всём теле. Он попытался подползти к своему королю, чувствуя, что с каждым движением силы оставляют его. Ему удалось вытащить из поясной сумки бутылёк с лекарственным настоем, но дотянуться до ран уже не смог. В глазах потемнело, и сознание провалилось в бездну.
— Я слышал там звук!
— Будьте наготове! — послышались голоса эльфов. Воины из личной охраны Ораферна подскочили к лежащим телам.
— Он жив! Сильно ранен! Скорее! Целителя! Соорудите носилки!
— А это кто? У него что-то в руках. Яд?
— Нет, это лекарственное снадобье. Такое же давал Геллионн. Он… он и одет, как Геллионн…
— Он старый… для эльфа.
— Заберём его. Торопитесь!
***
— Мы надеемся, что Великий король Халла сможет в скором времени посетить Тауранмаур снова, — глава стражи Леса Сновидений поклонился правителю. Его чешуйчатые доспехи поблёскивали в свете поднимающегося барьера.
— Непременно, — ответил Тилиаэл и вдруг обернулся на северо-северо-восток. — Что это? Это… — Далеко, со стороны Чёрного Леса, возможно даже немного дальше, ощущалась тёмная, как сам мрак, сила, которую трудно было бы перепутать с чем-то иным. Этот всплеск энергии мог принадлежать исключительно открытому проявлению мощи демона, не защищённого барьером. И великие герои, призванные на борьбу с ними, не могли не почувствовать это. — Беда… — прошептал он, а после развернулся к стражникам леса, заговорив с главой. — Сообщи властительнице Элуириэль, что враг проявил себя! Возможно, Морнтауру требуется помощь! Прошу её незамедлительно отправить туда подкрепление! Я чувствую… силу Йелва. Началось…
Глава 33. Лабиринт кошмаров
Вспышками перед глазами проносились осколки памяти, сменяя друг друга так резко и неожиданно, что их не получалось толком рассмотреть. Всё мелькало, разбивалось и соединялось вновь так стремительно, что начинала болеть голова. И вдруг всё поглотил мрак, в котором еле заметно проглядывались тёмно-красные всполохи, похожие на языки пламени.
— Где я? — голос звучал странно, но появилось ощущение собственного тела, а до слуха начали доходить звуки. К сожалению, они не были похожи на мелодичные переливы музыкальных инструментов, на шелест зелёной листвы или пение птиц. Это были звуки ударяющегося друг о друга металла, крики ужаса и агрессивный рёв… орков!