— Дошёл таки… — послышался слегка недовольный и уже знакомый голос оленя.
Ораферн открыл глаза. Он стоял в том же зале с тронами, откуда ушёл прежде. Геллионн улыбался, глядя на своего правителя.
— Ты прошёл испытание, — сообщил он. — Мир Духов откликнулся на твой призыв и показал дорогу, значит, признал тебя, мой король, — дух-полукровка прижал ладонь к левому плечу и поклонился. — Позволь теперь мне выполнить своё обещание и помочь тебе с поиском тех, кто совершил зло.
Вокруг словно потемнело, когда наследник духов-лис простёр руки вперёд, закрыв глаза. Энергия ветром гуляла вокруг него, вилась и колыхала его чёрные волосы. На каменном полу образовался золотистый круг, который стал подниматься вверх и остановился на уровне пояса собравшихся. Узоры внутри ожили, стали переплетаться меж собой. Это действо показалось весьма знакомым, и Ораферн невольно коснулся груди, где под одеждой хранился ключ Башни Хроник. Но переплетения круга вдруг вспыхнули, заставив зажмуриться на несколько мгновений, а после рассыпались, словно золотой песок, формируя очертания стен дворца Морнтаура и его обитателей. Силуэты эльфов хорошо угадывались, но лица не получалось рассмотреть. Угадывались стражи, свита, прислуга, все, кто находился внутри дворца Чёрного Леса.
— А теперь посмотрим, что было в тот день… — на висках Геллионна выступили капельки пота. Вероятно, ему приходилось использовать много сил на подобную визуализацию. А тем временем силуэты стали двигаться спиной вперёд очень быстро, ведь время перематывалось назад.
— Стой! Смотри! — Ораферн указал на троих, говоривших о чём-то возле хранилища лодок. Они озирались, явно боялись, что кто-то их обнаружит, а после разошлись: двое ушли в казармы, а один взял лодку и покинул дворец по реке, дождавшись пересмены стражи. — Найди его! Покажи лицо!
Дух-лис нахмурился, сосредотачиваясь сильнее. Интуиция не обманула короля. Этот силуэт вернулся вместе с охотниками уже без лодки, которую он, судя по всему, где-то спрятал. Но чтобы показать его лицо потребовалось ещё больше сил. Золотой песок закружился, формируя его черты, но, когда работа была закончена, всё осыпалось вниз и погасло. Геллионн пошатнулся и осел. Олень и эльф бросились к нему, не сговариваясь, и, подхватив под руки, усадили на один из тронов.
— Как ты? — обеспокоился Ораферн.
— Увы, мне не хватает сил, чтобы проделать подобное без последствий… Я — дух места, но полукровка, — устало выговорил дворецкий Чёрного леса. — Ты узнал его, мой король? — с надеждой спросил он.
— Да, — ответил эльф. — Я видел его среди стражей третьего звена, но не помню его имени. Зато знаю, у кого спросить. Спасибо, Геллионн. Дальше я справлюсь сам. Отдыхай и набирайся сил.
***
Сумрак скрывал тени на боковой лестнице. Здесь свет фонарей почти не достигал ступеней, захватив лишь несколько первых из них. Поэтому разглядеть лица тех, кто вёл беседу, становилось невозможно со стороны, даже обладая хорошим зрением. А по тихому шёпоту можно было определить только мужской и женский голоса.
— Неужели это правда? — с ужасом выдохнула она.
— Да, увы, — ответил он. — И именно поэтому я обращаюсь к тебе за помощью. Я вижу, как ты относишься к нему, совсем не так, как прочие и твои чувства должны быть вознаграждены. Когда чары, наложенные Мерилин, спадут, он отблагодарит ту, что спасла его, я в этом уверен. Ведь он благороден и справедлив, не так ли? — голос улыбнулся. — А пока этот медальон при нём, король готов и дальше служить её памяти и казнить тех, кто пожелал спасти его, тех, кто пытается избавить его от тёмных чар этой недостойной, что продала душу мраку. Принеси мне медальон, и я смогу развеять тёмную магию. Но будь осторожна, ведь он пока не отдаёт себе отчёта в действиях, и ты можешь пострадать.