— Хорошо, — попытался усмехнуться тот. Он оказался как раз в той комнате, где отлёживался после проклятья в прошлый раз.
— Тогда попрошу привстать и показать, насколько хорошо можешь двигаться.
— Ну… — Ораферн приподнялся и хотел было спустить ноги на пол, но вдруг передумал, почувствовав жжение в мышцах. — Я, пожалуй, полежу. Такая удобная постель, что вставать не хочется.
— Понятно. Тогда я присяду, — правитель Лантасиринана подставил себе табурет и для начала провёл руками вдоль тела своего пациента, не касаясь. Нахмурился. — Думалось мне, у тебя переломы. Но это ранения клинком. Каким образом это случилось?
— Тилиаэл ещё не рассказал? — Ораферн вздохнул. — Я подрался с Йелва.
— Что?! — Менелтелу вскочил, опрокинув резной табурет. — К-как?
— Не шуми, — тихо заговорил лесной король. — Поднимешь панику раньше времени. Садись, я всё расскажу. Только держи себя в руках.
— Да, конечно. Прошу простить за… излишнюю эмоциональность, — глубоко вздохнул и, подняв табурет, сел обратно. — Я слушаю.
— Йелва заманил один из моих патрулей в ловушку. Среди них была Эльдаэн. Я пришёл разбираться и тоже попался. Он хотел, чтобы я встал на его сторону. Я отказался, мы подрались. Он сильно ранил меня и моего дворецкого. Нам еле удалось бежать с помощью призыва Леса. Он не стал задерживаться и ушёл. По крайней мере, когда Элуириэль разносила башню светлой магией, там уже никого не было. Но она же решила очистить и Эльдаэн. Теперь ей требуется лечение.
— Кому, властительнице Элуириэль?
— Нет, Эльдаэн, конечно. Элуириэль я чуть не выгнал из Леса за самоуправство. Но, кажется, мы пришли к некоторому взаимопониманию.
Менелтелу сидел несколько минут, словно его кто пыльным мешком по голове ударил. Аромат удивления, непонимания и страха донёсся до лесного короля, рассказав о многом. Однако, вскоре правителю Лантасиринана пришлось взять себя в руки. Он мотнул головой и глубоко вздохнул, возвращая мысли в прежнее русло.
— Йелва… — он снова протянул руки к пациенту, рождая в ладонях неяркое тёплое свечение. — Поверить трудно… Нет желания верить. Беда, — поднял глаза на собеседника. — Значит, все остальные уже знают?
— Знают только властвующие персоны и те, кто оказался в центре событий, остальных не посвящали. Сам понимаешь, паника раньше времени будет лишней.
— Мне понятны мотивы. Теперь ясно, какие предчувствия тревожили Лаурэнандэ последнее время. Столько лет мира… — вздохнул. — Когда шла война, я был очень молод, но оттачивал лекарское мастерство и стрельбу из лука. Всё ждал, когда смогу проявить себя… Но в те годы не довелось. Зато теперь…
— А я воевал, — Ораферн взглянул на Менелтелу, ощутив в нём укол зависти и сожаления. — Потерял свою деревню, матушку и друзей, затем скитался пока не наткнулся на такую же деревню, охваченную войной. Бился, проиграл, затем встретил Эльдаэн. У нас был один учитель. Но он тоже погиб, когда мы наткнулись на пленных с конвоем из орков. Массовый переход в Чёрные горы тоже не остался без потерь. Я тогда еле оклемался. Получил своё имя. А потом, после сотни лет борьбы и потерь, выгнав орков, отправился к Архаларану, чтобы узнать, почему за всё это время он ни разу не вспомнил о нас. Были мысли о том, что дворец давно пал. Однако, когда мы узнали, что он всё это время сидел, запершись внутри, бросив свой народ, который страдал, то были в бешенстве. Особенно я. Вызвал его на поединок, победил. Он не смирился с поражением и напал со спины. Я его убил, защищая свою жизнь, а после сел на трон… Потому что должен был взять ответственность за то, что сделал. Трон не должен пустовать, это приведёт королевство к упадку и, если я повинен в этом, мне и держать ответ.
— Я… не знал всего, — Менелтелу изменился в лице, да и запах его эмоций тоже. На протяжении всего рассказа он, кажется, проникался сочувствием и уважением к нынешнему королю Чёрного Леса и чувствовал неловкость за все те фразы, что были сказаны в прошлом. По крайней мере, об этом говорили запахи.
— Легко судить, когда не вникал в суть дела, ограничившись поверхностными знаниями. Поэтому правильнее будет не доверяться слухам, а выяснить всё самому. Но всё это уже в прошлом, так ведь? — Ораферн улыбнулся. — Кстати, боль совсем ушла, — повёл плечом и бросил взгляд на ноги. Ты действительно лучший лекарь в Марнуэлене!
— Ну что ты, — уши покраснели до самых кончиков, но похвала, судя по выражению лица, ласкала слух молодому повелителю Лантасиринана.
— Кстати, я к тебе не с пустыми руками, — лесной король сел. — Талион! Заводи подарок!