— Что за глупости, Эльдаэн? — нахмурился король, ощущая целый букет эмоций подруги. Здесь были и сожаление, и горечь, толика страха и… нежность. Это сбивало с толку. — Не бойся. Ты не сможешь причинить мне вред. Ты… — он слегка замялся. Подбирая слова, стараясь справиться со своими переживаниями. — Эльдаэн, ты единственная, кто поддерживал меня, несмотря ни на что с самой нашей встречи. Даже тогда, когда многие готовы были махнуть на меня рукой, ты была на моей стороне. Я безмерно признателен тебе за это! Ты просто не способна навредить мне. Не способна предать. Я знаю.
— Как приятно это слышать, — улыбнулась она. — Ты так безоговорочно доверяешь мне. Я тронута. Но… — радость сменила грусть и на её лице, и в аромате. — Тьма внутри — это не шутки. Я не знаю, что будет со мной дальше. Правитель Менелтелу может вылечить моё тело, но не душу. Властительница Элуириэль пыталась… но ты вмешался.
— Пыталась?! — возмутился Ораферн. — Да она чуть выжгла в тебе дыру! Я, когда услышал твой крик, едва мог сдержаться от ярости!
— Ты наплевал на безопасность и бросился меня спасать, — с укором напомнила Эльдаэн. — Ты король и должен прежде всего думать о своей безопасности! Ты не исправим, — вздохнула.
— Я очень дорожу тобой и не мог поступить иначе. Ты мой друг.
— Ораферн, — её аромат изменился вновь. Разочарование быстро сменилось благодарностью и снова проявилась нежность, а затем ещё что-то… тёплое. — Я буду рядом столько, сколько смогу. Буду рада, если это продлится вечность, — грустно улыбнулась. — Но эльфы, не смотря на долгую жизнь, не могут противостоять судьбе. Я могу лишь надеяться на её благосклонность.
Лумрен поднялся и снова повёл носом рядом с эльфийкой, потянулся к её руке. Эльдаэн заметила этот жест и погладила пса по голове.
— Ты хорошо ладишь с Нэдэром, — улыбнулся король, а сам пытался понять все те ароматы, что успел ощутить за время их разговора. Что-то казалось странным, словно нечто важное ускользало от его разума, что-то удивительно простое и неуловимое, как летящие семена одуванчика.
— Конечно. Мы с Геллионном больше других заботимся о твоих питомцах. Хорошо, что ты не взял с собой Дракота. Он бы навёл здесь шороху, — аромат удовлетворения и тихой радости сменил все прочие… или загнал глубоко внутрь.
— Он еле меня отпустил, — усмехнулся Ораферн, посчитав, что если Эльдаэн не озвучивает то, что на душе, значит, ещё не готова к этому и не стоит её принуждать. — Благо на меня его сила не действует. Попросил его защитить Геллионна… — в голосе прорезались грустные нотки.
— Ему сильно досталось, — вздохнула эльфийка. — Но он не унывает. Такой стойкий. Это в нём меня восхищает. На его месте я бы тоже… закрыла тебя… Я бы хотела.
Тут у Ораферна на мгновение перехватило дыхание. Та буря эмоций, которые, вероятнее всего, подруга пыталась скрыть вдруг накрыли её скопом и ударили в нос короля, отчего слегка закружилась голова. Сожаление, приправленное отчаянием, безнадёжность, влечение, нежность и горечь, радость вперемешку с печалью и решимостью, тепло, которое тут же было взято под контроль. Ошеломлённый накатившими эмоциями подруги, лесной король неотрывно глядел в её глаза. Он, наконец, понял, что ускользало от него всё это время, что такого важного он не смог разглядеть раньше.
— Прости меня… — тихо произнёс Ораферн, чувствуя, как болезненно сжимается сердце.
— За что? — как ни в чём не бывало, улыбнулась Эльдаэн. — Я благодарна судьбе за то, что она подарила нашу встречу. Ты достоин трона Чёрного Леса. У Морнтаура никогда ещё не было такого хорошего короля. Надеюсь, я вскоре встану на ноги и смогу быть тебе полезной.
— Ты никогда не будешь мне обузой, — он погладил её по руке, а затем поднялся. — Отдыхай, набирайся сил. Я зайду к тебе позже, — щёлкнул языком, подзывая пса и направился к выходу. Нэдэр поспешил следом.
Ораферн вышел из комнаты Эльдаэн задумчивый, отстранённый. Неужели он был так слеп всё это время? Как мог не заметить её чувств? Она, конечно, здорово овладела самоконтролем, но всё же… Впрочем, после возвращения королю Чёрного Леса не особо давали расслабиться: выведение предателей на чистую воду и казнь, затем последствия этого решения, посольство и Тилиарин, гости и охота, а потом, как снег на голову — Сауириэль, проклятье… В этой бешенной скачке за временем он не успел присмотреться внимательнее к своему окружению.