— НЕТ! — выкрикнул он, и мир вокруг вдруг замер. — Вы не имеете права обращаться к этой земле! Не имеете права просить у неё помощи! С этого момента этот лес больше не ваш! Вы в нём чужие! И даже если вам удастся меня убить и уйти на своих ногах, Морнтаур никогда больше не примет вас!
Земля словно содрогнулась от этих слов, и в глазах убийц на мгновение потемнело. Родные когда-то места, где помогало каждое дерево, каждый куст, где всё дышало домом вдруг… будто обдало холодом. «Чужие» — прошептала листва, разнося вести по всему Морнтауру. Повинуясь воле своего хозяина, лес отторг тех, чьи жизни должны были вот-вот закончиться. Ораферн сам удивился тому, что произошло и, пожалуй, если бы знал, что так умеет, воспользовался подобным раньше и смог бы быстрее найти преступников, ведь чужаков в родном лесу найти не сложно тому, кто с ним говорит.
Ярость и обида закипали внутри убийц и выплеснулись в быстрой атаке. Ораферн парировал оба выпада своими мечами. Ма́ег и На́ег сверкали в руках хозяина, в лучах утреннего солнца и звонко пели, соприкасаясь с лезвиями мечей противника. Их азарт и жажда разгорались с каждым новым ударом. Новый взлёт остановил клинок врага, а второй ударил по касательной. Король развернулся, чтобы отразить атаку второго нападающего. Эльдаэн смотрела на этот танец с замиранием сердца, каждый раз останавливая свою руку, свой шаг, любое движение вперёд, чтобы защитить, уберечь… Она шептала, что Ораферн подставляется под удар и вот-вот на зелёную свежую траву брызнет его кровь. Но каждый раз ему удавалось в последний миг отбить летящее в него лезвие. До острого слуха донёсся звук натягивающейся тетивы. Несколько секунд на прицеливание, затем пальцы разжались, уводя кисть руки назад. Стрела рассекла воздух и лёгкую утреннюю дымку, устремившись в короля. Но в последний миг он повернулся, подставив своего же оппонента. Наконечник ворвался в грудь одного из убийц, заставив его отшатнуться. Ораферн с разворота снёс ему голову своим мечом и вновь обернулся ко второму противнику, державшему удар.
На лицах эльфов, стоявших по краям поляны, отразилась одновременно и тревога, и радость, но они явно старались держать себя в руках, чтобы не отвлекать правителя.
Юный Талион, стоявший позади своей учительницы Эльдаэн, крепко сжал ножны короля, что ему доверили прежде. В его глазах страх боролся с восхищением, перемежаясь с трепетом. Ноги стали ватными и он не смог бы пошевелиться, даже если бы захотел. Перед ним происходило нечто невероятное. Ещё мальчишкой лет десяти ему пришлось столкнуться с ужасами войны, и когда мир почти заполнился кровью, возник тот, кто одним взмахом меча лишил головы орка, задумавшего избавиться от ребёнка. Мурашки прошли по спине, когда та же самая рука теперь отразила удар преступника, отмщая за эльфийскую деву. Ещё тогда Талион решил, что его жизнь будет принадлежать его спасителю и что однажды он сможет отплатить ему за это своим служением. Юный эльф вздрогнул, когда вновь натянулась тетива, и вторая стрела полетела в его героя. Но она промахнулась, врезавшись в землю, и после сломалась под ногами дерущихся.
Два меча двигались быстрее одного, и тело второго противника упало на траву, окрасив её в цвет крови. Остался только один, тот, что выбрал лук. Вероятно, он надеялся, что сможет удержать дистанцию и поразить ненавистного правителя до того, как тот покончит с соратниками. Однако судьба решила иначе. Третья стрела была просто разрублена в полёте, и убийца попятился, отбросил оружие.
— Ты можешь взять меч любого из приговорённых, — Ораферн видел страх и… что-то ещё. — Если ты считаешь, что убив безоружного, я покрою своё имя позором и это родит пересуды, то ошибаешься. Ты будешь казнён в любом случае. Просто сейчас у тебя есть шанс умереть с мечом в руках.
— Сдохни! — ярость и отчаяние кинули чужака вперёд, пальцы подхватили упавший клинок, но подняться ему было не суждено. Хозяин Леса не стал ждать, и половина головы преступника слетела, заставив оставшееся тело обмякнуть и повалиться рядом с другим трупом.
Вздох облегчения послышался среди эльфов и каждый стал оглядываться, то ли затем, чтобы понять, кому он принадлежал, то ли для того, чтобы сделать вид, что это не он, а кто-то другой позволил вырваться эмоции.
Лесной король подошёл к застывшему Талиону, чтобы вытереть мечи приготовленной материей и вложить их в ножны, но тот застыл, глядя на своего героя восхищённым взглядом. Ораферн улыбнулся и осторожно подёргал ножны, давая понять, зачем подошёл. Юный эльф смутился, залившись краской аж до самых ушей и, спохватившись, протянул кусок полотна. Стражники принялись убирать тела казнённых, и вскоре поляна почти опустела, оставив лишь нескольких из представителей ласгален.