— Выяснились некоторые обстоятельства хищения и, боюсь, что помочь пролить на это свет может только помощник казначея. Но он находится под стражей… в камере. Я мог бы выяснить всё сам, но к нему не пускают никого, даже начальника тюрьмы… Хотя это немыслимо. Ведь это его вотчина.
— Он государственный преступник, который ещё не открыл мне всё, что знает, — напомнил король Чёрного леса. — Но для того, чтобы выяснить обстоятельства хищения, ты можешь подойти к Нурфаро́ну, он поспрашивает.
Дела такой важности Ораферн доверял только самым близким и проверенным товарищам, с которыми несколько лет сражался бок о бок ещё до того, как стал правителем. Нурфарона назначили ответственным за безопасность дворца и руководство стражей, Келлара́с стал военачальником, Баиндуи́р как самый словоохотливый занялся налаживанием контактов дворца с поселениями эльфов, донося их нужды и чаяния до короля Морнтаура. Воительнице Эльдаэ́н отвели роль наставника для всех рекрутов, а также главы особых отрядов личной охраны короля. Собственно, она также отвечала за его безопасность вне дворца и могла отдавать приказы стражникам. Но в этот раз ей пришлось остаться, что эльфийке не нравилось.
— Я… понял, мой король, — Наурглаэр поклонился и отошёл.
— Геллионн, Эльдаэн, оставляю всё на вас, — улыбнулся Ораферн друзьям и вскочил в седло.
— Да, мой король, — кивнул дворецкий.
— И всё же мог взять меня с собой, — несколько обиженно проговорила Эльдаэн, сложив руки на груди.
— Прелестная, — широко улыбнулся Лимлаг, чей жеребец уже давно топтался на месте от нетерпения, — у тебя ещё будет шанс прокатиться с нами. Но в другой раз. Два взрослых мужчины смогут позаботиться о себе. Но твоё рвение похвально, — он подмигнул.
Лошади сорвались с места и помчались прочь от дворца через тёмно-зелёный лес. Лимлаг не сдерживал ретивого жеребца, который почувствовал дух свободы и летел вперёд по тропе, словно порыв ветра. Его всадник наслаждался скачкой и возможностью столь интересного путешествия, предвкушая захватывающие приключения.
Открытые тайные тропы помогли пересечь лес за куда меньший срок, чем потребовалось бы в обычном походе. Лошадей Морнтаура подготавливали к таким перемещениям, поэтому они не боялись и не сбавляли темпа.
С запада от Чёрного леса проходила Узкая равнина, на которой проживал народ оборотней, что выбрали для себя человеческое обличие и постепенно стали забывать, как оборачиваться в зверя. Они занимались земледелием и пасеками, пасли скот и торговали с эльфами молочными продуктами и мукой. А ещё вместе разводили медовый сорт яблок.
Залитые солнцем луга на мгновение ослепили путников, что выехали из-под сени леса. Удивительное разнотравье ярким покрывалом застилало всё пространство вокруг, наполняя его дивными ароматами.
Чуть дальше сверкала река А́ннленд, что в переводе с эльфийского обозначало «длинный путь». Она протекала от залива Кьярваль, наполняясь притоками, образуя рукава, и впадала в Доро́сский залив в южных землях. Река соединяла север и юг континента, поэтому по ней часто ходили торговые корабли и лодочные караваны, из-за этого мостов через Аннленд не делали, но использовали переправы. На них-то путешественники и потратили дополнительный день пути.
Эльфы сделали привал у подножья скал, потому как сумерки сгущались, а идти в горы ночью могли только гномы, знающие каждую тропу, как свой топор. Путники развели костёр, расседлали лошадей, приготовили еду и расстелили одеяла, на которых планировали спать.
— Давно я не ночевал таким образом, — усмехнулся Лимлаг. — Навевает воспоминания о прежних временах, когда я был молодым… и без бороды, — тихо посмеялся.
— Никогда не видел тебя без бороды, — улыбнулся Ораферн, наливая похлёбку себе и другу.
— Ещё бы! Когда я был молодым, ты ещё не родился! — Он принял свою миску из рук товарища и мечтательно поднял глаза к небу. — Я же прибыл в первый год Совы, вместе с Великим воинством, дабы изгнать демонов. Молодой, горячий! Считал, что мне по плечу всё. Но демоны показали тогда и свою силу, и хитрость. Впрочем, двухсот лет оказалось достаточно, чтобы изгнать их в небытие. И когда Окхта́р увёл остатки своих порождений в мир демонов, я решил остаться. На всякий случай, если они вдруг вернутся.
— Но ведь установленные обелиски крепко держат заслон, и мир демонов не может открыться снова, благодаря им, — заметил лесной король.
— Верно. Но есть одна загвоздочка, — бородатый эльф прищурился и показал величину проблемы большим и указательным пальцами, почти соединив их в этом жесте. — Каждые сто лет во время Ночной охоты эльфийским государствам нужно восстанавливать энергию обелисков, чтобы демоны не смогли вылезти обратно, — напомнил он. — Ведь каждые сто лет завеса истончается, и всякие злые духи активизируются. Они могут вселиться в людей и попытаться уничтожить обелиски. Тогда будут проблемы. Тебя не брали на Ночную охоту, потому что не доверяют ещё. Но придёт и твоё время. Тилиаэл сильный эльф и пока выдерживает отсутствие правителя Морнтаура на этом… мероприятии. Но ему приходится отдавать в два раза больше сил из-за этого. Ты, кстати, не единственный, кто отлынивает. Но суть не в этом. Без этого ритуала…