Поначалу ничего толком не клеилось. Приходилось вычищать лес от заблудившихся орков и вникать в нюансы правления. Не всем понравилась сменившаяся власть. Кто-то решил покинуть Морнтаур и поселиться в других эльфийских владениях за Драконьим Хребтом, кто-то предпочёл остаться и выждать, что будет дальше, кто-то открыто высказывал своё недовольство, сотрясая воздух, а кто-то решил поддержать молодого правителя, посчитав его аргументы достаточно весомыми. Но никто не бросил открытый вызов. По негласному правилу эльфы старались не причинять летального вреда друг другу. Но это не относилось к дуэлям. Раз уж дело дошло до выяснения отношений с помощью меча, значит, прочих разумных доводов уже не осталось. Однако, находились и отступники, пожелавшие устранить нового короля, не прибегая к поединку, а подобравшись к нему во сне. Но не так-то просто убрать с дороги того, кто закалён в бою и окружён соратниками.
На массивном письменном столе стоял магический светильник, изготовленный в виде цветка морозника из кусочков разноцветного стекла. Его света вполне хватало, чтобы осветить рабочий стол и пару шкафов по бокам, где хранились документы и книги. Высокое кресло, изготовленное из части старого дерева, имело спинку в виде переплетения ветвей. В нём король проводил множество часов, перебирая бумаги. Позади висела шпалера любимого зелёного оттенка с серебристым растительным узором. По другую сторону комнаты располагался камин с двумя креслами и столиком, а также угловой маленький шкафчик для напитков. Но сделать передышку за бокалом вина пока не представлялось возможным.
Орафе́рн закрыл очередную учётную книгу и выдохнул. Кажется, теперь всё, можно немножко расслабиться. Ге́ллионн учтиво постучался и приоткрыл дверь, неся на подносе чашу с ягодным настоем и выпечку.
— Что-то мне подсказывает, что мой король голоден, — улыбнулся эльф и приблизился к столу, освобождая его от бумаг свободной рукой, чтобы правитель мог приступить к трапезе.
Дворецкий был услужлив, приятен в общении, всегда вежлив и, что самое важное, — верен тому, кого считал достойным. Его путь начался ещё при дворе Архаларана, однако Ораферну удалось расположить его к себе. Геллионн видел, как юный король старался позаботиться обо всём и обо всех, чтобы эльфы ни в чём не нуждались, видел, как тот пытался защитить свой народ, и решил помочь, а со временем очень привязался к нему. Как и многие эльфы, дворецкий Морнтаура был хорош собой, правда, намного старше Ораферна, но, как известно, возраст эльфа определить непросто, если у вас нет возможности с ними близко общаться.
— О, спасибо, весьма кстати! — король потянулся в кресле, разминая затекшие плечи.
— Как я понимаю, на днях мы ждём гостей? — спросил дворецкий.
— Да, Тилиаэл обещался быть. Может, решил забрать своих соглядатаев? — правитель Морнтаура презрительно фыркнул.
Король халла оставил в помощь юнцу двух своих советников, чтобы они помогли тому разобраться в особенностях государственных дел. У Ораферна же они сразу вызвали неприязнь, так как слишком навязывали свою точку зрения. Свободолюбивому охотнику это не нравилось, поэтому он сам стал штудировать увесистые фолианты, чтобы научиться всему необходимому поскорее, уж очень хотелось избавиться от этих эльфов. Тилиаэла юный хозяин леса очень уважал, ведь он единственный, кто из халла поддержал его и даже взял под своё крыло.
— Должен заметить, что в последнее время они не сильно поучали, мой король.
— А ты, как всегда, в курсе всего, что происходит во дворце, да? — усмехнулся Ораферн и запил булочку ягодным настоем.
— Это моя работа, — невинно развёл руками дворецкий.
Тилиаэл прибыл в сопровождении десятка своих воинов. В мирное время больше и не требовалось. Собственно, он хотел узнать о том, как теперь обстоят дела в Чёрном лесу. Ораферн принял его радушно. Иначе и быть не могло, ведь Тилиаэл являлся не просто покровителем, а наставником, тем, кто верил, что безродный юнец сможет выучиться и стать достойным правителем, когда ни один другой халла в это не верил. Впрочем, Ораферн показал, на что способен, и оставленные ему в помощь и назидание эльфы подтвердили в своём отчёте то, что молодой король освоился со своей новой ролью.