— Я поражён! — ахнул собеседник. — Неужели из самого Леса Сновидений? Судьба действительно так непредсказуема. Но где же мои манеры? Надеюсь, светлоокая дева позволит представиться. Имя мне Дилариа́т. Устам не терпится задать вопрос столь удивительной красоты созданию. Появлялась ли возможность осмотреть залы и коридоры, аллеи и сады Тараэлентириоса?
— Пока не представилась, — с ласковой улыбкой ответила дева. — Я прибыла только вчера и не имела удовольствия осмотреться в должной мере. Даю позволение именовать меня Силивриниэ́ль.
— Несказанно рад нашей встрече, — он подал ей руку, и дева коснулась его ладони кончиками пальцев. — Для меня будет честью, если удивительная Силивриниэль дозволит сопроводить её на экскурсию. Поверьте, моё сердце ликовало бы от радости.
— Пожалуй, не стоит отказывать в подобном удовольствии. Я согласна воспользоваться услугами столь учтивого эльфа для сопровождения моей особы, — ответила эльфийка, довольная собой. — Завтра, в час Фазана, буду ожидать у дверей библиотеки.
Волна приятных ощущений нахлынула, заставив сердце слегка оттаять. Наконец-то кто-то сумел оценить её по достоинству, признав красоту и манеры, даже не зная, кто она такая. И не важно, унаследовала ли она магию своей крови или нет.
Дилариат тепло попрощался с девой и отправился прочь, оставив стопку книг на столе. В зелёных глазах промелькнул удовлетворённый золотистый блеск.
***
Тяжёлые свинцовые тучи зависли над холмами. Кое-где их ещё пробивали лучи света, оставляя на зелёной траве золотые пятна, но поднимающийся ветер говорил о том, что скоро и они померкнут, сдавшись под натиском серых облаков. Запах трав ощущался ярче перед дождём, словно растения зазывали непогоду, желая насладиться её холодными струями. Но пока тучи словно выжидали чего-то, не спеша заполняя собой всё небесное пространство.
Путь из Лантасиринана пролегал на запад во владения Лимлага. По словам морского властителя, у него имелась весьма интересная коллекция артефактов, отобранных им у беззащитных пиратов, дабы не засоряли они море своим присутствием. На самом деле, Морскому змею просто нравилось гоняться по волнам за кораблями… Дела его шли всегда хорошо, богатство преумножалось, ведь Лимлаг курировал множество портов, открывая там свои торговые представительства. Можно даже сказать, что повелитель морей имел баснословное богатство, и порой просто искал себе приключений, чтобы развеяться. Пираты подходили на эту роль идеально, но такими темпами им грозило вымирание как виду.
Меж тем обоим путникам некоторую неловкость доставлял эскорт из четырёх эльфийских воинов, данных им в нагрузку в Лантасиринане. Менелтелу утверждал, что четырёх мало и столь важные особы должны путешествовать с парой дюжин воинов, не меньше. Но ни Ораферн, ни Лимлаг не любили привлекать к себе столько внимания в пути. Однако у сопровождения имелся приказ и, чтобы нарушить его, требовались соответствующие обстоятельства.
Речные холмы, к границе которых подходили эльфы, принадлежали людям. Молодая раса не спешила объединять свои города и образовывать единое государство. Но мелкие поселения часто тянулись к более крупным городам, создавая земельный союз. Нередко между ними возникали конфликты, но внутренние распри людского сообщества мало интересовали другие народы. Эльфы защищали свои границы и жестоко наказывали тех, кто посягал на них, поэтому люди по большей части избегали столкновений с остроухими.
Ближайшим городом являлся Билун. Стены крепости имели белый цвет и возвышались над полноводной рекой. Всё это выглядело весьма величественно, хотя город и не считался самым крупным людским поселением. До окраинных деревень пришлось бы добираться несколько часов. А в непогоду людские дороги размывало, превращая в вязкую жижу, что ещё больше задерживало в пути.
Эльфы остановились в реденькой рощице у ручья, чтобы напоить лошадей и приготовить обед. Холмистая местность позволяла укрыться от ветра и посторонних глаз. Однако, не успели путники вкусить похлёбки, как их побеспокоили.
— Властитель, на горизонте обнаружены двое, и они приближаются к нам, — сообщил один из сопровождения. — Судя по всему, это человеческие отроки.
— Дети? — Ораферн поднял удивлённый взгляд на воина. — Что им тут делать? Они одни?