— Как ты… смеешь?! — выкрикнул сын вельможи, обладавший странной остроносой шляпой. — Да ты хоть знаешь, кто мы такие?!
— Меня это не интересует, — Ораферн повёл Мизрена между преследователями и детьми, которые вцепились в седло вороной лошади, боясь пошевелиться. Если их спасители отступят, детям трущоб придёт конец. Но лесной король махнул рукой, давая воину знак, что тот может продолжать путь.
— Что?! Ах ты…
— Погоди… присмотрись… — заметил тот, на чьём берете красовались два длинных фазаньих пера. — У того шлем, — добавил он тише. — А у этого лук эльфийский… сбруи нет…
— И что?! Мы на своей земле! Они не имеют права вмешиваться в наши дела!
— Минутку, где вы находитесь? — порыв ветра сбил капюшон с головы Ораферна. — Вы у границ эльфийской владений. Здесь нейтральная земля. С каких пор люди присвоили её себе?
— Мы преследуем опасных преступников! — выдал всадник в разноцветных штанинах. — Вы не можете забрать их.
— В чём же их вина? Неужели девчонка с мальчишкой унизили достоинство рослых парней? — усмехнулся лесной король.
— Она швырнула в меня камень! — взвился всадник в остроносой шляпе.
— Это было до или после отлова и охоты? — прищурился Ораферн.
Всадники на время затихли, переглянулись, даже слегка попятились.
— Да что мы стоим?! Он тут один! — выкрикнул тот, что стоял дальше остальных. — Даже если мы его убьём в приграничных землях, никто и никогда об этом не узнает. Потом вместе одолеем второго!
Преследователи вскинули луки. Стрела лесного короля прошла мимо плеча охотника, порвав при этом тетиву его лука, которая ударила по лицу своего хозяина, заставив вскрикнуть и повалиться с лошади. За ней тут же последовала вторая, коснулась руки его товарища и выбила лук. А затем вылетевший из ножен меч разрубил древки стрел, что устремились в хозяина леса. Прыжок прямо с седла на противников ввёл отпрысков вельмож в замешательство. Один свалился, сбитый ударом ноги, а последний оказался с разрубленным надвое луком. Лошади заржали, попятились, едва не затоптав тех, кто упал на землю. Юнцы явно мало времени уделяли тренировкам, сражаясь либо с мешками с сеном, либо с противниками куда слабее себя.
— Ораферн! Тебя ни на минуту нельзя одного оставить! — с укором выговорил Лимлаг, обернулся к воинам и жестом руки приказал не вмешиваться. — Стоит отвернуться, ты уже дерёшься.
— Не я первый начал, — ответил тот, собирая в кучку четырёх неприятелей, поставил их на колени. — Эй, ребята! — обратился он к эльфийским стражникам. — Разведайте окрестности. Дети сказали, что сюда притащили несколько человек из трущоб и объявили на них охоту. Найдите выживших и посчитайте мёртвых! Кто-то должен ответить за свои злодеяния…
— Значит, решили поохотиться на себе подобных? — прищурился повелитель морей и кивнул воинам в знак подтверждения приказа. Те пустились в разные стороны выполнять задание, а властитель спешился.
— Вы не имеете права! — вскинул голову один из пленных в разноцветных штанах. — Я сын главы города Билу́на! Когда мой отец узнает о вашем произволе, вы понесёте наказание!
— Наказание? — Ораферн едва сдержался, чтобы не выхватить меч и не снести эту глупую голову. — А то, что совершили вы, разве не требует наказания?!
— Это всего лишь оборванцы! Никто бы и не заметил, что их вдруг стало чуточку меньше… — презрительно фыркнул человек в берете и тут же получил удар по лицу, после чего повалился на землю.
— Это чужие жизни! И они тебе не принадлежат! — рыкнул лесной король.
Сама мысль о таком восприятии действительности казалась эльфу кощунством. Он не мог представить, чтобы эльфы выгоняли соплеменников в поля и расстреливали с целью самоутвердиться за счёт смертей невинных. С преступниками лесной король сам поступал жестоко, но здесь обстоятельства были иными. Эти четверо даже слуг с собой не взяли, оставили в повозках, без сомнения зная, какое бесчинство собираются сотворить.
Ветер слегка поутих, оставив в воздухе лёгкую морось. Но это казалось лишь затишьем перед более яростной бурей.
— Вам тоже не принадлежат наши жизни, но вы… истязаете нас на правах сильного! — зло прошипел тот, кто недавно лишился своей остроносой шляпы.