Однако эта выставка сыграла свою роль: она заставила взглянуть на творчество современного певца как на исторический факт, задуматься о причине его популярности. В скорбные дни похорон по Комсомольскому проспекту к Дворцу молодежи, где был установлен гроб, накрытый российским национальным флагом, шла неиссякаемая многотысячная очередь. В основном молодежь. Тогда говорили, что людей собрали популярность певца, неожиданность трагедии, острота потери. Три года спустя острота боли утихла, и уже не страшный конец, а его жизнь, творчество и дело выходили на первый план.
Игорь Тальков - одна из немногих исторических фигур нашего времени, в которой будущие историки найдут объяснение самых глубинных процессов, которые начинались при его жизни и которым еще предстоит развернуться.
Минуло одиннадцать лет со дня убийства Талькова, следствие убийцу не нашло, суд не осудил, прокуратура дело не закрывает...
А его песни десяти-пятнадцатилетней давности остаются так же остры, актуальны, какими они были тогда. Может быть, теперь то, что доставляло ему такую боль и вызывало ненависть, стало виднее и понятнее людям.
Его песни - это удивление и возмущение прозревшего человека.
Страстное желание рассказать о том, что он понял, и боль от того, что этого не хотят или не могут понять люди, его сограждане, хотя это так ясно и так важно для них всех.
Родина моя
Нищая сума.
Родина моя,
Ты сошла с ума.
Восьмой десяток лет омывают не дожди
Твой крест;
То слезы льют твои великие сыны
С небес,
Они взирают с облаков,
как ты под игом дураков
Клонишься,
то запиваешь и грустишь,
то голодаешь и молчишь,
То молишься.
Родина моя
Скорбна и нема...
Родина моя,
Ты сошла с ума.
В своих песнях Тальков говорит о том, что теперь все уже поняли: о преступных деяниях партии Ленина-Сталина, и кричит, пытается открыть глаза современникам на то, что в сегодняшней России у власти остались самые бесчестные из прежних коммунистов: "старый волк КПСС в овечью шкуру влез", "стал капиталистом коммунист", "обрядился в демократа брежневский пират", "перестроились комсорги", и эти "правители грабят страну, попирая закон", опять народ обманут ими.
Тальков не был ни первым и ни единственным, кто заметил и отметил все это. Об этом, кто с возмущением, кто с иронией - жалким оружием бессилия, люди уже говорили между собой. Кое-кто решался выступить с трибуны, написать в газетной статье. А песни Талькова, собиравшие залы, уже одним этим свидетельствовали о том, что настроения и мысли, заложенные в его песнях, уже бродят в народе и овладевают умами, и певец помогает людям прояснить и сформулировать их, дает веру в то, что, несмотря ни на какие "метаморфозы", ложь обязательно обнаружится.
Перестроиться несложно,
Только вот ведь в чем беда:
Перестроить можно рожу,
Ну а душу - никогда.
Закончить рассказ о выставке, посвященной Игорю Талькову, в Народном музее истории Дзержинского района я хочу не строками из какой-нибудь его известной песни, а его четырехстрочным стихотворением:
Кто любит длинную беседу
тот мало делать норовит.
Кто рано празднует победу
тот никогда не победит.
Вслед за выставкой коммерческая фирма вытеснила из помещения и сам музей. Под возмущенные газетные заметки с выразительными заглавиями: "От музея отказались все", "Музей в осаде", "Музей занимает оборону" префектура Центрального округа решила спор в пользу коммерции, и Народный музей со всеми своими экспонатами и сотрудниками был выкинут из занимаемого им помещения, куда вселились коммерсанты.
Однако история Музея не кончена. Коммерсанты продолжают занимать здание, но в части его, на втором этаже, восстанавливается Музей, причем с иным, более высоким статусом: не как общественная, а как муниципальная организация. В 1999 году появилась на доме вывеска: "Историко-краеведческий музей Мещанского района", а в мае 2000 года открылась экспозиция.
Среди личин "метаморфоз" перестройки обнаружилась совсем уж, казалось бы, бредовая: некоторые занимавшие и занимающие сейчас высокие посты коммунисты-"демократы" оказались монархистами и всерьез заговорили о восстановлении наследственной монархии в России. Естественно возродились вековые вопросы и проблемы прав на престол, появились претенденты.
Вообще, история монархий полна загадок и поистине фантастических поворотов, в ней нет мелочей, так как кажущийся современникам незначительный факт впоследствии может оказаться судьбоносным событием.
В истории престолонаследования династии Романовых немало сомнительного, вызывавшего различные толки в народе и недоумение у историков.
Дом № 14 на проспекте Мира, вернее, его двор, оказался связан с этой проблемой, причем с версией, имеющей более прав на обсуждение, чем многие того же рода.
Москвич, химик, академик Эдуард Борисович Шабадин, носящий фамилию матери, а по отцу Колтунов, рассказывает: "Когда мне было 10-12 лет, в 1946-1948 годах, к нам с моей мамой, Шабадиной Татьяной Иосифовной, заходили служители церкви и расспрашивали мать обо мне. Не помню, что говорила мать, но в ответ они сказали, что "следят за нашим родом и что я из великих господ, а также являюсь главным". Ни мать, ни я и другие родственники мало тогда что поняли. Ведь мы жили под Сталиным в коммунистической стране. Однако это посещение врезалось мне в память".
Много лет спустя Эдуард Борисович занялся составлением своей родословной по семейным преданиям и по исторической литературе. Вот тогда-то он по-новому взглянул на давний визит "служителей церкви". "Сегодня, - говорит он, - можно понять это как знак из прошлого от Павла I, завещавшего мне корону и Российский трон".
Наследник Павел Петрович, сын Екатерины II, в юных годах, как узнал в результате своих изысканий Шабадин, без разрешения матери вступил в законный брак с княжной Варварой Ивановной Прозоровской, от этого брака родился сын. Брак Павла и Прозоровской настоянию императрицы был расторгнут, а сын передан на воспитание врачу Колтунову и жил под его фамилией.
Эдуард Борисович решил публично объявить о своих правах на Российский трон. Сделал он это 3 мая 1992 года.