Складывает руки и внимательным взглядом смотрит на шахматную доску, на которой расставлены фигурки. Мистер Шефтелевич сидит со стороны белых.
— Ваш ход, — произносит Билли, не поднимая взгляда.
Мистер Шефтелевич делает ход с довольно-таки кислым видом. Он, судя по этому виду, не особо рад видеть Билли, ибо и так уже на неё насмотрелся. И на этих занятиях, и на улице, и в куче других мест. Лучше бы на турнир пришли все, кроме Билли. Лучше бы вместо неё пришёл самый безалаберный ученик. Билли неплохо играет в шахматы, потому что она ученик старательный. Но вот человек она странный. Болезненный. Когда мистер Шефтелевич смотрит на Билли, внутри него всё болит сильнее.
Они играют молча. На стене пронзительно и дотошно тикают часы. Под столом почёсывается и посапывает пёс. Билли выигрывает партию. Возможно, потому что мистер Шефтелевич думает не об игре. Он думает о странной девочке, которая сидит перед ним.
— Шах и мат, мистер Шефтелевич, — говорит Билли.
Он поднимается со стула и протягивает свою гладкую ладонь.
— Поздравляю с победой на турнире, Билли.
Но она не поднимается следом, а только угрюмо смотрит на его руку.
— Нельзя считать это победой на турнире. К тому же вы играли не в полную силу.
Мистер Шефтелевич садится обратно, ставит локти на стол и утыкается подбородком в сцепленные пальцы. Он долго и пристально смотрит на Билли. А она смотрит на его руки.
— У вас над головой чёрная дыра до самого космоса, — говорит наконец. — Только чёрные дыры в космосе засасывают всё, что оказывается поблизости. А ваша — только вас.
Билли делает паузу, опускает взгляд.
— Я ничего не могу для вас сделать. Вы не умираете. Вам не поможет врач. Скорее всего, умер кто-то из ваших близких. Даже не знаю, почему я здесь. От вас мне жутко.
Мистер Шефтелевич опускает руки. Но Билли уже встаёт из-за стола и затягивает на плечо сумку.
— Простите меня. Я больше не приду, — поспешно говорит она, направляясь к выходу. Почти бежит.
Мистер Шефтелевич поднимается со стула — на пол падает несколько шахматных фигурок — и хочет что-то сказать, но Билли уже скрывается за дверью, не попрощавшись.
Джоанна
ПРОПАЛА СОБАКА!
Немецкая овчарка (без примесей). Два месяца и шесть дней отроду. Большие чёрные уши с жёлтыми отметинами, коричневые подпалины по бокам, светлое брюхо, маленький белый кончик на хвосте. Синий мягкий ошейник с металлической плашкой. Откликается на имя Ной. Чихает от запаха яблок. Скулит под Вивальди. Любит Оскара Уайльда и осуждающе рычит на Стокера. Если почесать между за ушами, вываливает язык (остерегайтесь слюней). Большая просьба вернуть за печенья и бесплатные занятия по боксу (возможна денежная компенсация).
Объявление написано от руки, тщательно обведено несколько раз чёрными чернилами, отсканировано вместе с фотографией и размножено на пятьдесят четыре экземпляра — на большее у Билли не хватает наличных. Последние четыре доллара она собирает из жалких монеток, пересчитывает их дважды и хмуро извиняется, придвигая горстку к округлому парню в очках, который смотрит на действо с тоской во взгляде.
Он молча протягивает стопку объявлений, Билли так же молча их принимает и уходит. Она разрезает двусторонний скотч на тонкие полоски и проклеивает каждый лист, сидя на скамейке в холле под дверью копировального центра. На улице холодно. Первый день зимы. На Билли твидовые брюки и джинсовая куртка с коричневым мехом, перчатки с открытыми пальцами. Она поднимается, наматывает клетчатый шарф и натягивает шапку с ушами. Объявления укладывает в наплечную сумку.
Последующие два часа разные жители района видят из окон, как она задумчиво идёт по улице, останавливается возле фонарных столбов, где какое-то время копошится, а потом идёт дальше. Пожилая леди видит из своего окна, как Билли тщательно осматривает фургон с изображением сосисок на кузове, а потом заходит в магазин, возле которого он стоит. Мальчик, играющий с котом на подоконнике, видит, как Билли заглядывает в кофейню и обходит её со двора. Дама, вышедшая покурить на крыльцо, рассматривает шмыгающую носом Билли, которая стоит на перекрёстке, потирая ладони, и раздумывает, куда ещё ей пойти.